Взяв лампадку в руку, я поднесла колышущееся пламя к отверстию в стене.

— Хан, это просто тайник, смотри, в стене было изъято несколько кирпичей. Опасности нет. Зато есть конверт.

Действительно, в моей руке обозначился конверт, вернее, плотный бумажный пакет, заклеенный наспех, не опечатанный сургучом вовсе. Хотелось вскрыть его.

«— дождусь кузину, у неё сейчас приём, очередной пациент с флюсом».

Положив конверт обратно, убедившись, что тайник пуст, желая уже установить деревянную панель на своё место, услышала голоса.

«— святые угодники, да там же кабинет княгини Соколинской».

— Нет сомнений более, Ольга действительно дочь моей Вареньки, шрам на ноге видела и родинка на груди, на своём месте. Повитуха недавно приходила с осмотром. С детства она у неё. А ещё кулон был у старой графини, свекрови моей дочери, приметный. А теперь Ольга его носит как реликвию: «моё по праву» говорит. Оставьте следствие Иван Григорьевич, а что исправник доложил?

Незнакомый голос и смысл сказанного заставили застыть в ещё большем удивлении. Рука легла на голову зарычавшего было Хана.

— Сосед ваш, что в Подмосковье живёт, советник Ахшарумов Сергей Дмитриевич, он приехал в Муром за своим крепостным. Удивительно, но сам изволил явиться. Говорит, что беглый понесёт соответствующее наказание за попытку вашего ограбления. А явился сам оттого, что барин, он к вам с визитом собирался было. Хотел так сказать, загладить вину за случившееся. Но…

— Что?

Голос женщины напрягся.

— Будьте с ним осторожны, ваше сиятельство. Сдаётся мне, врёт барин, не было речи о наказании для его крепостного.

— Отчего вам так показалось, что не было? О чём же тогда шла речь?

— Казака того мёртвым выловили вчера в реке. Вот и всё наказание. Многое знал видать он, о делах своего барина и, возможно, действовал по его поручению, ища документы.

— Опять вы за старое. Всю мебель вывезли, книги и лари кухонные. Исчезли те документы, в глаза их не видала, только Николай знал где они. Да и что в них может быть? Дело давно уже закрыто, столько лет прошло. Возможно, он увёз их с собой на Кавказ, а возможно и уничтожил вовсе.

— Говорил я вам ещё два года тому назад, что заручиться поддержкой местного купечества вам надобно, потому как дело князя Николая видно не имеет срока давности и враги, они в спину вам дышат. А внучки ваши, они вовсе беззащитны перед такой судьбиной, кто за них постоит, коли всплывут доказательства заговора? Княжну Дарью просватать нужно, да за нужного человека в местных влиятельных кругах. Как траур, конечно же, закончится у юной миледи Майерс.