Бах!

В узком коридоре звук выстрела резко хлестанул по ушам. Пистолет привычно толкнулся в ладонь. На спине чужака, на гимнастёрке, появилась маленькая дырочка с разлохмаченными краями. Вокруг неё начало расплываться тёмное пятно.

Враг обернулся. Теперь на его лице было написано бесконечное удивление. Он попытался было поднять свой карабин, но пистолет грохнул ещё дважды, каждый раз оставляя новые дырки на гимнастёрке незнакомца. Колени его подогнулись, и он, выронив оружие, рухнул ничком на пол. Громыхнул упавший рядом карабин, но Варя уже не смотрела и не слушала. Она неслась к выходу, к отцу. Вахтенный офицер, бегущий навстречу, на звук выстрелов, узнал княжну и еле успел посторониться, чтобы не быть сметённым с дороги.

Варя вылетела наружу, закрутила головой и увидала рядом с незнакомым грузовиком Андрея. Даже если отец не рядом, то Веретенников точно знает, где его искать. Девушка опрометью бросилась к начальнику-партнёру. Тот, издали заметив её, указал на кузов грузовика. Именно там и нашелся князь. Он, побледневший верхней половиной лица и невозможно красный нижней, с чудовищно распухшими губами, с которых уже слезала кожа, сидел на краю кузова и болезненно морщился. Рядом валялась небрежно брошенная кожаная куртка с пробитым и окровавленным рукавом. Левый рукав свитера был срезан, и сейчас врач из числа команды обрабатывал рану. Время от времени, когда доктор был несколько неосторожен, князь издавал невнятное шипение, словно хотел выругаться, и не мог.

Варя остановилась в двух шагах, не имея возможности кинуться, как хотела, на шею отцу. Она одновременно жалела его и отчаянно радовалась, что после всех передряг он остался жив. Несколько успокоившись, она попыталась сунуть пистолет в карман. Князь при этом вдруг зашипел как-то особенно яростно, и даже попытался что-то сказать:

— П… педоаиль, — выговорил он, с трудом шевеля непослушными губами. При этом едва зажившая кожица лопнула, из трещин принялась сочиться кровь, сливая капли в ручейки, стекая по подбородку на и без того уже испорченный свитер.

Видя, что его не понимают, князь принялся тыкать пальцем в пистолет. Варвара глянула, и тут же сообразила: предохранитель! Как же она могла забыть! Передвинула флажок в нужное положение и тогда уже убрала оружие. Тенишев удовлетворённо кивнул, сделал дочери знак: мол, позже поговорим, и вновь отдался в руки эскулапа.

Варвара отправилась к Веретенникову. Она в первый раз пролетела мимо, спеша к отцу, но теперь хотела увидеть его вблизи, убедиться, что всё в порядке. Лицо инженера было в той же дикой раскраске: белый верх, красный низ. Только и отличий, что губы целы. Судя по всему, он был не ранен. Единственное — красные щёки.