Я прошёл вдоль основной башни и замер.

Что-то было не так.

Я закрыл глаза… и вдохнул магией.

Мир передо мной вспыхнул нитями света. Потоки, которые обычно вились над землёй тонкими струйками, здесь были толстыми, как канаты. Пульсирующими. Живыми.

А в самом центре крепости, где земля чуть просела и заросла мхом, сиял сгусток энергии — как сердце, от которого тянулись жгуты силы во все стороны.

Узел.

Место силы.

Но не просто усиленная точка, как я встречал раньше. Нет. Это был переплет магических артерий, питающих землю, небо, даже воздух. Я ощущал их раньше — в древних мирах, под сводами храмов, в пещерах, что хранили знания богов. Но здесь это было не рукотворное. Это было естественным, как будто сама планета решила, что это место — важно.

Я прищурился.

Сгусток пульсировал, реагируя на моё присутствие. Не враждебно. Осторожно.

Я прошептал:

— Ты… ждёшь?

Ответа не последовало, но в груди что-то дрогнуло — не страх, а предвкушение.

Это место не пусто.

Оно не забыто.

Оно — готово принять тех, кто даст ему новую суть.

Я сделал шаг вперёд.

Я сделал ещё несколько шагов, идущих к сердцу узла, когда в воздухе дрогнуло. Легкий сдвиг, еле ощутимое напряжение — и тень метнулась сбоку.

Я не раздумывал.

Магия вспыхнула инстинктивно, формируя щит, и уже в следующий миг в него с глухим ударом врезалось нечто. Масса, скорость, грубая сила — удар был таков, что щит задрожал, а я сделал полшага назад, гася инерцию.

Фигура отлетела, но приземлилась на ноги. Сгорбленная, быстрая, она не напоминала обычного монстра. Нет. В ней была целенаправленность, опыт, тактика.

Человек? Нет. Нечто, что осталось от человека.

Она вновь бросилась вперёд — и на этот раз я не удержался. Рывком отступил, достал из кольца клинок и впечатал лезвие в перекрёстную траекторию удара противника.

Схватка разгорелась.

Это был не бой с тупым чудовищем.

Он предугадывал движения, находил слабые места, уходил от атак, пробивал магический панцирь не грубой силой, а умением. Мне приходилось сдерживать магию, чтобы не снести пол крепости. Каждое движение было точным, выверенным. Мы бились, как два бойца, прошедшие сотни схваток. Я чувствовал — он знал, что делает.

Десяток ударов. Полтора десятка.

Потом я сломал ритм: лёгкий обман, и клинок пробил его грудь, вышел наискось между лопаток.

Тело дёрнулось — и замерло.

Я медленно опустил его на землю и только теперь смог взглянуть внимательнее.

Когда-то это точно был человек. Возможно, военный или маг. Теперь же — сухая, обтянутая кожей плоть, изменённое лицо, пустые глаза, в которых осталась лишь тень воли. Его энергетическая структура была чудовищно искривлена, словно его заново переписали.