Но главной новостью, конечно, стали удачные роды Натальи Алексеевны и Варвары Разумовской. С разницей в несколько часов дамы родили сыновей, названных Петрами. Если в семействе бывшего гетмана просто выбрали понравившееся имя, то вокруг ребёнка Павла разразился настоящий скандал. Екатерина была категорически против, но натолкнулась на ожесточённое сопротивление наследника и особенно его супруги, удивительно легко пережившей роды. Мол, ребёнок назван в соответствии со святцами. Или Её Величество против матери нашей церкви? Такой довод оказалось нечем крыть.

Мне пришлось уехать до крещений обоих мальчиков, но, думаю, всё будет хорошо. Ван дер Хек и Амбодик должны провести в столице ещё три недели и после вернуться в Москву. Хотя фламандец, скорее всего, останется на больший срок. Уж слишком сильно нервничает Павел, попросивший доктора не отходить от жены и сына. Меня такие варианты устраивают. Главное, чтобы в Первопрестольную вернулся лучший русский акушер.

Кроме всего прочего, мне удалось пообщаться с Виллемом Брандтом, прибывшим из Данцига. Оказалось, банкирский дом «Ван Ланшот» начал активно осваивать Балтийский регион. Окопавшись в Гамбурге, голландцы также открыли представительства в Копенгагене, Стокгольме, Штеттине и уже упомянутых торговых воротах Речи Посполитой. Благо наши интересы не пересекаются: банкиров интересуют перевозки и кредитование. Я ведь не оставил планов в будущем подмять под себя польскую торговлю хлебом и сырьём. Рига с Полоцком в любом случае скоро станут нашими опорными точками. С Данцигом слишком много нюансов, к нему мы вернёмся чуть позже.

По итогу мы договорились о расширении сотрудничества с голландцами. Европейцы заинтересованы в увеличении поставок любых товаров. В плане перевозок мы для ван Ланшотов не конкуренты, а подвинуть англичан они всегда рады. Наверное, это более позитивная новость, нежели развитие непосредственно наших проектов.

К сожалению, на этом хорошие новости закончились. Совсем.

* * *

Фон Бер появился в моём кабинете Фонтанного дома глубоким вечером, после аудиенции у императрицы. Тогда мне удалось посетить ещё Скавронского, тётю Веру и дом Разумовских. День выдался насыщенным, и я собирался хорошенько выспаться. Но надо было просмотреть корреспонденцию, чем я и занимался, попивая чаёк. И вдруг такой гость.

Обыкновенно невозмутимый, на этот раз курляндец выглядел встревоженным. Это было настолько необычно, что я сразу забыл об усталости после возвращения из гостей.

— Ваше сиятельство, — начал Генрих без предисловий, — у меня есть основания полагать, что на вас готовится нападение, организованное по приказу Потёмкина.