— Два спорана, — тихо сообщила Яра.

Второго, пятнадцатого уровня, разобрали так же быстро. Спокойно. Чётко. Без суеты. А вот в третий заход Резак загнал в ловушку сразу двоих.

Я напрягся, но зря. Глушитель сделал своё дело: второй заражённый услышал звук, но не понял, откуда пришла смерть. Он крутил головой, дёргался, вслушивался — и этим дал мне время. Я прицелился и выстрелил ещё раз.

Система привычно отчиталась о награде. Всё как под копирку: уничтожение при помощи высокоуровневого союзника — штраф. Очки — почти исключительно в меткость. Иногда жалкая единичка в силу, будто из милости.

После этого Резак начал гнать на нас только пары. Мне это не нравилось, но работало. Меткость росла. Рыжий исправно собирал спораны.

Паузы между выходами заражённых иногда тянулись мучительно долго. Где-то после полудня Яра немного расслабилась и перестала шикать на меня. Мы начали перешёптываться — ни о чём и обо всём сразу.

И в какой-то момент до меня дошло, что мы лежим слишком близко. Практически вплотную. Я чувствовал тепло её тела, дыхание, лёгкое движение плеча. Что-то внутри меня шевельнулось — неловко, неуместно, но вполне живо.

Яра никак не реагировала. Это сбивало с толку. Мне всегда казалось, что женщины такие вещи считывают мгновенно. Я уже начал прикидывать, как бы аккуратно проявить интерес, когда Яра вдруг выругалась.

— Что? — шепнул я.

— Резак совсем с катушек слетел. На нас идёт тройка. И один — девятнадцатого уровня. Его валишь первым.

Правило было простое и понятное. Самый сильный — первая цель. Честно говоря, я не сразу понял, чего она так напряглась. Ну трое. Ну и что? Нас пятеро, и у нас автомат, который, по словам торговца, «кладёт всё, что ниже рубера».

Когда заражённые вышли в нужную точку, я прицелился в центральную фигуру и нажал на спуск. Потом привычно перевёл прицел и отправил по пуле в соседние цели.

И тут всё пошло не так. Первая тварь — девятнадцатого уровня — не упала. Более того, она почти не потеряла темп. Да, пуля её задела, но этого оказалось недостаточно. Заражённый мгновенно определил источник угрозы и рванул прямо на нас.

Я выстрелил ещё раз — мимо. Он увернулся. Ещё выстрел — снова мимо.

Холодный комок сжался в животе.

Я дёрнул рычажок, перевёл автомат в автоматический режим и дал короткую очередь. На этот раз попал. Тварь рухнула — но не умерла. Она пыталась подняться, рыча и скребя землю.

— В глаза! — крикнула Яра, выскакивая из-под накидки.

Легко сказать. Я и в корпус-то попадал с трудом. Но выбора не было. Я перевёл прицел на голову и нажал на спуск.