Сборщикам разрешалось набирать немного товара для себя. Всё, что влезало в небольшой рюкзак, считалось личной добычей. Нетрудно догадаться, чем именно набивали свои рюкзаки эти кадры. Консервы и крупы их интересовали в последнюю очередь.

Вторая категория — рейдеры-неудачники. Сходили в рейд, потеряли больше, чем смогли унести, вернулись ни с чем и пошли в снабжение, чтобы хоть как-то встать на ноги. Собственно, я и сам относился именно к этой категории, так что смотрел на них без особого осуждения.

Если алкаши были все как под копирку, то среди рейдеров-неудачников встречались самые разные типажи. В этот раз мне «повезло» особенно. Соседи по бригаде попались неприятные — такие, знаете, блатные ребята с откровенно уголовными замашками. Разговоры на полтона ниже, чем принято. Взгляды — оценивающие. Манера держаться — будто они здесь не работают, а временно снисходят до окружающих.

Впрочем, первый грузовик мы загрузили почти мгновенно. Чистая работа: паллеты, тележки, минимум суеты. Со вторым пришлось повозиться — часть товара нужно было собирать прямо на складе, но и с этим мы справились достаточно быстро.

А вот третий, последний для нашей бригады грузовик, оказался самым муторным. Его нужно было комплектовать уже по всему магазину.

Этот момент я терпеть не мог. Именно здесь мои коллеги начинали разбредаться кто куда. Один «на минутку» в алкогольный отдел, другой — проверить бытовую химию, третий вообще пропадал с радаров. Собрать их обратно становилось проблемой. Впрочем, формально это была не моя забота — за дисциплину отвечал бригадир. Но когда плевая работа внезапно тормозится из-за того, что твои напарники изо всех сил тупят, — это раздражает. Сильно.

В поисках очередной коробки консерв я зарулил в неприметный закуток и застал там крайне неприятную картинку. Компашка моих коллег — уголовников — разложила на полу девушку-продавщицу. Один зажимал ей рот, второй держал за руки, а третий уже стягивал с себя штаны.

Девчонка выглядела ужасно. Глаза зареваны, платье разорвано. Она дергалась, пыталась вырваться, но против трёх прокачанных иммунных у неё не было ни единого шанса.

— Вы что творите?! — рявкнул я.

Главный медленно выпрямился. Без суеты, будто я просто помешал разговору.

— Ты кто такой, бля? — спросил он спокойно, с ленивым интересом.

Он оглядел меня с головы до ног и хмыкнул.

— Ты, походу, не понял, — продолжил он. — Иди работай. Консервы собирай. Тут взрослые дела.

— Отвалите от неё, — сказал я. — Сейчас.

Второй отпустил девушку и начал обходить меня сбоку.

— О-о, — протянул он. — Братва, да у нас тут герой нарисовался.