Деревня тоже преобразилась. Она все еще была потрепанной, но больше не выглядела умирающей. Из труб нескольких домов вился дымок на порогах сидели люди, не спящие, но и не бодрствующие, а скорее находящиеся в каком-то тихом, умиротворенном оцепенении, словно только что вышедшие из долгой болезни.

Трактирщик, Барнаби, ждал нас у своего заведения. Он увидел нас, и на его суровом лице промелькнуло облегчение.

— Вы… вы… у вас получилось, — выдохнул он. — Туман… он ушел.

— Источник устранен, — подтвердил я, останавливаясь перед ним. — Мэр был не причиной, а жертвой. Такой же, как и все остальные.

Трактирщик смотрел на меня, потом на моих спутников, и в его глазах боролись недоверие и отчаянная надежда.

— Значит… он не…

— Он жив. И он больше не монстр, — закончил за меня Михаил, кладя руку на плечо трактирщику. — Ваша деревня свободна от проклятия.

В этот момент интерфейс перед моими глазами вспыхнул целой россыпью уведомлений.

[Системное уведомление]

Обнаружено нелинейное, системное решение задания [Сердце Зверя].

Квест выполнен. Награда корректируется…

[Системное уведомление]

Задание [Сердце Зверя] ВЫПОЛНЕНО!

Цели обновлены: Источник скверны устранен. Город спасен.

Получены награды:

250 000 очков опыта.

500 золотых монет.

Репутация с фракцией «Вольные Земли» (регион Логоса) повышена до [Почтение].

Репутация с Герцогством Лирия повышена: +3000.

Получен новый уровень.

Текущий уровень 46.

— Пойдемте, — трактирщик жестом пригласил нас внутрь. — Вам нужно отдохнуть. Еда и выпивка, лучшие комнаты, все за мой счет. Город перед вами в долгу.

Мы заняли две смежные комнаты, и пока остальные общались с трактирщиком, направился прямиком к мэрии. Было необходимо завершить начатое.

Дом градоначальника больше не выглядел заброшенным. Ставни были открыты, а с порога кто-то старательно смыл следы гнили. Сам Джон Рихтер сидел на крыльце, закутанный в теплое одеяло, и смотрел на в сторону леса. Он выглядел постаревшим лет на десять, но его глаза были ясны.

— Путник, — тихо сказал он, когда я подошел. Это больше не было обращением к чужаку. Это был титул. — Я помню. Все помню. Как кошмарный сон. Я был… заперт в собственном теле. Смотрел, как мои руки делают ужасные вещи.

— Это были не вы, мэр, — сказал я, останавливаясь рядом. — Вами управляли.

— Я знаю. Но от этого не легче. Оно… оно пришло не с силой. Оно пришло с отчаянием, — его голос был тихим шепотом. — Та ночь, когда умерла моя жена… я сидел здесь же. И просил богов забрать и меня. А потом… я услышал голос. Он не обещал мне благ или покоя, всего лишь цель. Он говорил, что моя боль, это слабость, весь мир полон слабости. И он предложил мне стать сильнее. Стать лекарством и самому выжечь эту слабость.