— Понимаю, конечно, — выдавил Пуртов. — Но ведь и мой дом не просто жилище купца. Это своего рода образец для других. Если в нём появится водопровод, да ещё и вот такой вот… это же люди увидят, что такое возможно, начнут стремиться к лучшему.

— И это верно, — согласился Иван Иванович. — Потому водопровод в твоём доме тоже будет. Но после того, как проведём его в школе. Так будет справедливо. Сначала — общее дело, потом — частное.

Пуртов помолчал, взвешивая свои слова. Он знал, что Ползунов не отступится и спора не потерпит. Да и выгода от сотрудничества с горным начальством велика — поставки для завода и теперь ещё и место купеческого головы… Да вот теперь ещё и поставки для Змеевского рудника… С братьями Кузнецовыми вроде отношения стали налаживаться… Потерять всё это из-за спора о приоритетах… Нет, неразумно.

— Хорошо, Иван Иванович, я вас понял и спорить не стану. В конце концов, разве не ради нашего общего блага мы стараемся, здесь ведь и потерпеть можно, — наконец произнёс Прокофий Ильич, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Пусть будет по-вашему. Когда потребуется моя помощь — я к вашим услугам.

Иван Иванович впервые за разговор улыбнулся.

— Вот и славно. Ты, Прокофий Ильич, человек разумный, это я всегда ценил. Для школы нам нужно ещё полсотни саженей медных труб да несколько запорных кранов по моим чертежам. Сможешь найти на это средства?

— Смогу, — кивнул Пуртов. — В срок, как всегда.

— Отлично. Тогда подготовь счёт, я его утвержу и отдам приказание готовить трубы. И ещё: попроси своих подмастерьев, пусть помогут нашим слесарям с монтажом. Трубы оформим как ваш купеческий заказ для благоустройства общественной школы, чтобы всё по-честному было. Сам знаешь, мне чужая слава не требуется, ведь дело вы делаете и правда полезное и… добровольное, верно ведь? — Иван Иванович опять улыбнулся. — Плату рабочим выплатим по договору, но это уже из казённых средств, дело-то всё-таки государственной важности, — ещё шире улыбнулся Ползунов, глядя с лёгкой иронией на Пуртова и понимая его психологические трудности при расставании с личными деньгами.

— Будет сделано, — вздохнул Пуртов.

Прокофий Ильич встал, слегка поклонился и направился к двери. Уже на пороге он обернулся.

— Иван Иванович… А когда примерно ждать начала работ в моём доме?

Ползунов задумался, посмотрел на чертежи.

— Как школу закончим, так и приступим. Думаю, к концу ноября со школой справимся. Не раньше, но и не позже. Тем более, что вначале проведём трубы в комнаты сторожа и посмотрим, как они греют, а уж потом по всему зданию.