И ещё одно слово, которое я уже умела узнавать без перевода.
Дом.
Каэрдан встал рядом. Его плечо почти касалось моего, но не касалось.
— Нэяра, — сказал он тихо, — ты не обязана идти первой.
Я посмотрела на ступени, потом вверх, туда, где ждали дети, синий огонь и вся жизнь, которую я только что снова выбрала.
— Знаю.
И сделала первый шаг к первому очагу рода Вейр.
Глава 11. Клятва, которую нельзя переписать
Первая ступень оказалась тёплой.
Не горячей, не опасной, не такой, от которой хочется отдёрнуть ногу. Просто тёплой, как камень у печи, если весь день рядом горел огонь и дом наконец вспомнил, что должен не только держать стены, но и греть тех, кто в них живёт.
Я стояла на этой ступени и слышала за спиной дыхание людей.
Каэрдан был рядом, почти на краю раскрытой плиты. Ниже, в глубине, лестница уходила туда, куда сто лет не ступала ничья нога — или, может быть, ступала, но потом все следы аккуратно вымели из памяти замка. Выше, в Медной Печи, всё ещё звенели миски и котелки, но уже тише. Звон превращался в гул, а гул — в дрожь старого камня.
Шуш стоял у моих ног и держал свою треснувшую ложку двумя лапами. Без колпачка он выглядел меньше обычного, почти беззащитным, но лицо у него было таким серьёзным, что я не решилась пошутить.
— Не ходят туда одни, — сказал он.
— Ты же сам называл это первым очагом.
— Потому и не ходят одни. К печи можно одной подойти, если надо огонь поправить. А к первому очагу — нет. Он не про одного человека.
Каэрдан посмотрел вверх, туда, где за открытым проходом оставались дети.
Я тоже посмотрела.
Таррен стоял у края дверцы, одной рукой держась за косяк, другой — за плечо Лиоры. Девочка была бледная, с распущенной косой, в руке сжимала свою обугленную ложку. На столе за ними лежала лепёшка, и возле неё синим светом тихо мерцал след от Лиориной силы. Дана стояла рядом с детьми, как крепкая стена в чистом переднике. Рик торчал позади с таким видом, будто готов был по первому слову бежать хоть в башню, хоть к самому Эльгарду, хоть в дымоход.
— Нет, — сказал Каэрдан раньше, чем дети успели открыть рот. — Вы останетесь наверху.
Таррен сразу напрягся.
— Это про нас.
— Именно поэтому вы останетесь там, где безопасно.
— Безопасно? — Он коротко, зло усмехнулся. — В этом замке?
Лиора ничего не сказала, но сделала шаг вперёд. Её рукав задел край стола, и синяя искра на лепёшке тихо дрогнула.
Я поднялась на полступени выше, чтобы видеть их лица.
— Таррен, Лиора, послушайте. Мы не знаем, что внизу.
— А наверху мы знали? — спросил Таррен. — Когда нас в большой зал тащили? Когда испытание устроили? Когда Саверина очаг ломала?