— Фигня, прорвемся! — дядя Саша хотел было потрепать меня за плечо, но одумался — до здорового-то не дотянется.

— Обязательно прорвемся! — согласился я с ним.

«Ах, генерал Говнов, вы такой темпераментный мужчина…»

— А мы на обратном пути не застрянем? — отогнав морок, спросил я.

За городом снег и не думает таять, и просёлок, по которому мы едем — не исключение.

— За три дня не развезет, — успокоил меня КГБшник и широко улыбнулся. — У меня брательник младший в погранцах срочную служит, письмо прислал — «Саня, такая песня у нас появилась, всей казармой поем!».

— Это хорошо, для того и делалось, — искренне порадовался я за ребят.

— И «Электроника» мы с женой дочке почитали, ей девять, глазищи — во! — изобразил он широченные глаза. — Очень понравилось.

— Рад, что совет пошел в прок, — улыбнулся я ему в ответ. — Мы еще кино потихонечку делаем, не знаю когда, но однажды в телевизоре появится. Цветной будет. У вас телек цветной, дядь Саш?

— Черно-белый, но ради такого дела мошной тряхну, раз цветной, — хмыкнул он.

— Вам подарить может? У меня один фиг деньги бесконечные, а вы — хороший мужик, и мне будет приятно, если примете. От чистого сердца и без задней мысли.

— А давай, раз «бесконечные», — решил дядя Саша.

— Наконец-то кто-то правильно понял! — обрадовался я. — За*бали, никто ничего не берет, приходится маму подсылать — у нее уговаривать хорошо получается. Я понимаю, что неловко и гордость подгрызает, но если от чистого сердца и мне оно реально нифига не стоит, почему бы не взять?

— Вот и я так подумал! — хохотнул КГБшник.

— На обратном пути тогда за чеками домой заедем, а потом в «Березку». Не против?

— Еще бы я против был! — фыркнул он.

Настроение улучшилось — будет дяди Сашина девятилетняя дочка цветные передачи смотреть.

— А вам сны снятся, дядь Саш? — спросил я.

— А как же! — кивнул он.

— Цветные? — спросил я.

КГБшник загрузился на пару минут, а потом озадаченно признался:

— Нет, слушай — черно-белые.

— Феномен! — обрадовался я. — У нас пока дома черно-белый телевизор стоял, и маме, и Тане, и папе Толе сны черно-белые снились, а как на цветное вещание перешли — так и сны у всех спустя пару недель окрасились. Охренеть, да?

— И вправду охренеть! — хмыкнул дядя Саша.

— Расскажете потом, сработало или нет? — попросил я. — Я статистику собирать начал, потом в МГУ отнесу, вдруг кого заинтересует, будет научная работа. Так-то на первый взгляд совершенно бесполезно, но мало ли?

— Это ты хорошо придумал, — одобрил КГБшник и спросил. — А у самого-то цветные?

— Со старта цветные, — кивнул я. — Но я вообще странный, поэтому себя в статистику включать не стал. Нескромно звучит, знаю, но… — развел здоровой рукой.