— Платят! — обрадовалась возможности сбыть немного избыточной монетарной массы родительница. — Мы еще в детдом поедем все вместе после обеда.

— Это хорошо!

Можно и сюда Татьяну Филипповну подключить — «первые леди» же должны заниматься благотворительностью? Такой опыт с загнивающего перенимать со всех сторон полезно. В идеале — втянуть в это дело жен остальных кремлевских дедов, опять-таки, чтобы не обвинили Андропова в хитром самопиаре. Отложим на потом, потому что в таком состоянии ее людям показывать нельзя: Омепразолом «инфобомба» не ограничивается, потому что я сгрузил туда всю доступную мне фармацевтику. Я же подозревал, что в какой-то момент за мной будут приглядывать 24/7, а слить только Омепразол, а остальное выдавать потом — сразу навлечь совершенно ненужные подозрения. Их, видит Вселенная, и так слишком много со всех сторон. Паклитаксел, Пирацетам, Виагра (куда без нее), Лоратадин и самое для меня актуальное — Флуоксетин, он же — прозак. На последний бабу Таню необходимо «пересаживать» как можно скорее — в отличие от диазепама, он человека в овощ не превращает. Отдельная стопка листов — все, что я знал про СПИД, его эпидемия не за горами, пускай готовятся заранее.

Договорив с мамой, положил трубку и аккуратно переоделся. Подхватив повязку и сверток с «янтарными» подарками для всех, сделал глубокий вдох и пошел в столовую — второй раунд начался!

* * *

К вечеру я был вымотан донельзя. Татьяна Филипповна не отлипала от меня весь день — холила и лелеяла. Бабушка на максималках как она есть — и худенький я, и бедненький, и обокрали-то ребенка капиталисты проклятые. И глаза, которые будто молят «не уходи, Сережа». В горле встал ком, и я со стоном опустился на кровать. Баба Таня за ужином выпила таблеток и пошла спать, а меня ждет еще немного эмоциональной встряски.

В дверь тихонько постучали.

— Открыто! — откликнулся я.

Андропов открыл дверь, галантно пропустил вперед Агафью Анатольевну.

— А вы знаете как у людей укоренился обычай пропускать дам вперед? — поинтересовался я, сев в кровати.

— Как? — послушно спросил дед Юра.

— Когда племя находило новую пещеру, вперед пускали самую пожилую женщину — вдруг там саблезубый тигр живет, а она все равно бесполезная.

Гости прыснули, «бабушка Агафья» села рядом со мной, а дед — за стол.

— Профессиональная деформация, — прокомментировал я выбор места.

— Не за рояль же мне садиться, — резонно возразил он. — Завтра перенесем сюда пару кресел. «Если Сереженьке здесь понравилось, я ничего менять не буду», — с нежной улыбкой процитировал он жену. — Остальное — она развлекалась.