Я снова занервничала, встала как вкопанная, не сводя с оборотника взгляда. Хоть и понимала, что лучше бы мне убраться с его глаз, но почему-то не могла пошевелить ногами.

И в голове, как назло, замелькали воспоминания о нашей последней встрече и напряжённом прощании.

Наверное, я была слишком резка. Наверное…

— Рифер, как дела? Виделся с сестрой? — донёсся, словно из другого мира, до меня голос генерала.

С трудом заставила себя кивнуть и выдавила чуть слышное:

— Только что от неё.

— Как она себя чувствует? — неожиданно тепло поинтересовался Эскорн.

— Х… хорошо, — пролепетала и получила удовлетворённый кивок от генерала.

— Если вы не ужинали, советую поторопиться, — сказал он напоследок и снова переключился на Клерта, не удостоившего меня даже взглядом.

— Фух, пронесло! — выдохнула я, проводив спину полковника со спиной генерала, и только потом поняла, что сказала это вслух.

— Ты слишком волнуешься, — с укоризной заметил Торнвил. — А зря. Твоя иллюзия идеальна. А вот твоё поведение в присутствии Эскорна может вызвать ненужные подозрения.

Я кивнула, вынужденная согласиться с его словами.

— Постараюсь больше не волноваться.

Хоть не уверена, что это реально.

Мы поднялись этажом выше и отправились в крыло, в котором жили младшие курсы. Заметив в конце коридора дверь нашей с Брианом комнаты, я снова заулыбалась и почувствовала, как напряжение, охватившее меня при встрече с Вейнандом, отступает.

Всё хорошо. Всё в порядке. Генералу и в голову не придёт, что место Рифера занимает его сестра, так что не о чем волноваться.

По крайней мере, пока.

Бриан отпер дверь и отступил в сторону, пропуская меня внутрь. Я сделала шаг, а потом нахмурилась, заметив белеющий на полу в полумраке лист бумаги. Опустившись на корточки, взяла его и, раскрыв, пробежалась взглядом по одной-единственной строчке:

Я знаю, что ты сделал. А скоро об этом узнают и остальные.

— Что там написано? — хмурясь, нетерпеливо спросил кадет.

Протянула ему джарову угрозу и почувствовала, как по спине расползается колючий холод.

В столовую мы шли храня напряжённое молчание. Оставленная неизвестным записка жгла пальцы, словно я продолжала держать её в руках. Не знаю, чего боялась больше: что послание было адресовано Бриану или что предназначалось моему брату.

— Вдруг кому-то стала известна моя тайна? — встревоженно шепнула кадету, минуя широкие стрельчатые двери.

За ними начиналась просторная зала, рассечённая по краям и центру длинными прямоугольными столами.

— Если бы это было так, тебя бы уже арестовали, — вроде как утешил меня сосед, а потом, немного помолчав, добавил: — Вполне возможно, записка была для Рифа. Всем известно, с кем я теперь делю комнату.