— Нет. — Бриан мгновенно напрягся.
— В первый день зимы по его изволению в Кальдероке состоятся состязания. Он желает видеть, что из себя представляет будущее его армии.
— А мы-то тут причём? — с набитым ртом спросил Фольт. — Мы же только начали здесь учиться.
— Неважно, — хмыкнул Сандер. — Я слышал, он жаждет видеть всех кадетов без исключения. И опытных выпускников, и нас, новобранцев.
— Мы, я так понимаю, будем между собой сражаться? — нахмурился Нейл.
— А вот это уже как решит Великий и его свита. — Сандер усмехнулся и обвёл нас долгим, внимательным взглядом, словно рассказывал страшилку на ночь. — Но всем известно, что императору и его приближённым подавай зрелищ. Да и от крови они не откажутся. Иначе… быстро заскучают.
Пусть это и не была страшилка, но мне вдруг стало страшно.
Духи, как же я устала бояться!
Глава 21
Утром я не могла заставить себя подняться. Ночь выдалась неспокойной, а потому я чувствовала себя уставшей и вялой. Сначала Бриан метался во сне, потом меня, едва провалилась в некое подобие забытья, начали мучить кошмары. Снилось, будто с меня клочьями сползает иллюзия на глазах у императора, Эскорна, всей академии, и я ничего не могу поделать. Стою перед всеми этими мужчинами, взирающими на меня с каменными лицами, и чувствую себя как никогда беспомощной и уязвимой.
Только открыв глаза, поняла, что всё в порядке. Подумаешь, сон приснился! Всего лишь отголоски вчерашних переживаний… До «представления», назначенного его величеством, ещё уйма времени, и, может статься, Рифер всё-таки отыщется.
Или образумится и сам вернётся.
— Хорошо спала? — В комнату вернулся Бриан, как обычно бодрый и улыбчивый.
Я неопределённо хмыкнула. Не знаю, как ему это удаётся — выглядеть полным сил после беспокойной ночи. И что за кошмары его одолевают? Что ему снится? Надо бы спросить, но как-то осторожно и…
— Готова к поверке с Эскорном?
Я тяжело вздохнула и всё-таки заставила себя сползти с кровати. Туалет освободился, а значит, следовало не терять время и скорее приводить себя в порядок.
— С кем угодно, но только не с ним. Когда он на меня смотрит, кажется, будто он видит настоящую меня, а не Рифа.
Я поёжилась и постаралась отогнать проклюнувшийся сквозь скорлупу усталости страх. Без Вейнанда в Кальдероке было… спокойнее. Я меньше нервничала, меньше переживала, меньше боялась, что меня раскроют.
Не знаю, что за воздействие оказывает на меня этот мужчина, но его присутствие здесь крайне нежелательно, а может, даже опасно.
— Всё будет хорошо, — постарался приободрить меня кадет. — Главное, верь в себя и свои силы. И… не красней перед ним.