— Эшви, Риф в Кроувере? Вчера должен был приехать. Мы, наверное, разминулись и…
— Рифер где угодно, но только не дома. А что такое?
Я даже зажмурилась, пропуская через себя ответ хранителя.
Где угодно, но только не дома…
— Ты его чувствуешь? Можешь отыскать?
Фамильяр замер, успешно изображая пернатое изваяние, а спустя пару минут покачал головой:
— Чувствовать-то чувствую, но понять, где он, хоть убей, не могу.
— Думаешь, закрылся?
Хранитель развёл своими короткими крыльями.
— Может, и закрылся. А чего это ты сразу бледнеешь? Парень молодой, непоседливый. Наверняка кутит где-нибудь, с девушками милуется. Пусть отдыхает.
— Но зачем закрываться-то?
— Чтобы всякие там шиари (не будем показывать пальцем) с гипертрофированным чувством сестринской заботы его не доставали. Успокойся, Лайра. Объявится. Завтра и объявится.
— Но я хотела с ним увидеться…
Фамильяр закатил глаза:
— И увидишься. Неделей позже, неделей раньше — какая разница? Тебе что, деточка, здесь нечем заняться? Женихов уже начала отпугивать?
— Я ещё с ними даже не встречалась. — Поднявшись с колен, подошла к окну и, отодвинув штору, бегло оглядела сонную улицу.
Почему-то казалось, что вот-вот у ворот мелькнёт высокая фигура Рифера и я сразу облегчённо выдохну.
Но никакие фигуры у ворот не мелькали.
— А генерал что? Уже принял тебя под своё крыло?
— Сегодня должен подъехать. — Обернувшись, посмотрела на хранителя. — Как думаешь, стоит ему рассказывать о брате?
Вейнанд ведь обещал о нём позаботиться, и в чём проявилась его забота? Брат джар знает где, я вся на нервах, а этот Эскорн…
Вот снова меня бесит.
— Всё, деточка, я удаляюсь, — увильнул от ответа пернатый. — В следующий раз по делу обращайся, а заниматься ерундой оставь своему генералу.
— Он не мой… — заикнулась было я, но Эшвар уже растворился под кроватью, оставив меня в растрёпанных чувствах и тревожных раздумьях.
Куда подевался Рифер? Почему не доехал до Кроувера? И самое главное: рассказывать ли о его исчезновении Эскорну?
Глава 8 Вейнанд Эскорн
— Завтрак в постель? По-моему, ты перепутала роли, Катрина. Это я должен делать тебе приятные вещи.
— Приятные вещи ты делал мне и со мной этой ночью. Теперь моя очередь.
Вейнанд чуть слышно усмехнулся, заметив, как в глазах молодой женщины появился знакомый огонёк. Вдова Соран ему нравилась. Природа наделила Катрину лёгким нравом, покладистым характером, красотой и чувственностью. Идеальная любовница, не ждущая от их отношений ничего, кроме обоюдного удовольствия.
— Что тут у нас? — Оборотник поднял серебряную крышку, и нос пощекотали самые разные ароматы: горячей сдобы, хорошо поджаренного бекона, яичницы и румяных тостов. А главное, крепкого ревильского кофе.