Я скосил глаза на значок октябрёнка, прицепленный к школьному пиджаку слева, напротив сердца. Годами я носил его просто потому, что этот значок мне выдали в первом классе на линейке, как и всем моим одноклассникам. При этом взрослые говорили много красивых и умных слов, а мы, семилетки с ветром в голове и шилом в тайном месте, просто получили по значку и забыли о нём уже к вечеру, снова погрузившись в свои детские дела. Поэтому общество регулярно брало нас за коллективную шкирку и макало носом в мир, где есть не только права, но и обязанности. Нас привлекали к разнообразным октябрятским делам: мы помогали одиноким старикам, собирали макулатуру и металлолом, подтягивали отстающих в учёбе одноклассников, поддерживали чистоту и порядок в школе, участвовали в трудовых десантах – да много чего. Классы поделили на звенья по пять человек и назначили командиров, которые следили за успеваемостью и поведением остальных членов своей группы и служили координаторами наших активностей. Машке вот сильно не повезло иметь в своей пятёрке такого хулигана и вольнодумца, как я.
Но все мероприятия для школьников начальных классов были всего лишь подготовкой к следующему этапу. Скоро я закончу третий год обучения, а уже осенью начнётся приём в пионеры. И надо за лето решить, буду ли я дальше одиночкой, на которого снисходительно будут смотреть одноклассники, уже надевшие пионерский галстук и гордящиеся оказанным им доверием, или начну играть по правилам и стремиться стать частью коллектива. В голове нарисовалась картина того, как весь класс в пионерских галстуках тычет в меня пальцем, крича при этом: «Он недостоин!» От ещё несуществующей обиды в носу засвербело, а в глазах предательски начала скапливаться влага.
Встряхнувшись, я пошагал бодрее. Надоело киснуть. Внезапно вспомнилось ошарашенное выражение лица участкового, когда я попросил у него почитать Уголовный кодекс. Я расплылся в улыбке от уха до уха, затем рассмеялся в голос. Из кустов рядом с дорогой испуганно порскнул вдоль забора чей-то всклокоченный котище, и я засмеялся ещё громче. К чёрту пока что эту пионерию, ведь до четвёртого класса ещё целое длинное жаркое лето!
18 мая 1965 года, Берёзовка
Радостные визги и писки с нашего двора были слышны издалека. На душе потеплело – братья носились непредсказуемыми зигзагами, играя в догонялки, а за ними краем глаза присматривала сидевшая на скамеечке и что-то читающая Танька.
– А где Наташка? – кинув портфель на лавку, поинтересовался у сестрёнки я.
– На кухне, обед готовит, – оторвавшись от произведения, ответила Танька. Читала она, кстати, «Дети капитана Гранта» Жюля Верна.