Благо, у меня были одни ребята на примете. «Слухачи».

Название всплывало снова и снова — в разговорах с перекупщиками, в оговорках посредников, в тех осторожных, вполголоса оброненных фразах, которые люди роняли, когда хотели показать, что знают больше, чем говорят.

Теневая информационная сеть Рукбы. Торговцы сведениями, работавшие в зазоре между легальным и запретным, — достаточно смелые, чтобы копать где угодно, и достаточно осторожные, чтобы не лезть слишком глубоко в дела Шедар.

Их услуги были крайне дороги, поэтому при подготовке ограбления «Трона» я ими не пользовался, не имея активов. Но теперь все было по-другому и я вполне мог позволить себе быть транжирой.

Обратный маршрут к лаборатории прошел по сложной траектории, мимо каждого из наблюдателей. На достаточном расстоянии, чтобы подсадить на каждого ниточку-маячок.

Вскоре четыре точки уже горели на моей внутренней карте, которые теперь будут двигаться вместе с носителями, куда бы те ни направились. Когда они сменятся — а сменятся обязательно, профессионалы не сидят на точке сутками, — маячки приведут меня к месту, куда они возвращаются. А оттуда — к тому, кто их послал.

Я нырнул обратно в переулок, отодвинул бак, поднял крышку люка и скользнул внутрь. Крышка встала на место. Бак вернулся. Маскировочный контур сомкнулся.

Нижний уровень. Дверь в жилую комнату. Я — Аватар — распахнул её и увидел себя.

Настоящее тело сидело на краю кровати, опершись плечом о стену, и неторопливо жевал шоколад, запивая чаем с пятью ложками сахара на кружку. Телу нужны были калории. Глаза — мои глаза, настоящие, но при этом мёртвые — смотрели в пустоту.

Я перенёс основную часть сознания обратно.

Переход — как нырок в холодную воду. Нет — как надевание тесной, влажной, неудобной одежды. Мир сжался. Потускнел. Потерял объём, глубину, детализацию.

Стены комнаты — просто стены. Не структура, не плотность, а плоские прямоугольники и только.

Я поднял руку. Пальцы шевельнулись с задержкой — полсекунды между мыслью и движением. Повернул голову. Шея двигалась как на плохо смазанном шарнире.

Потянулся к кружке. Вкус — далёкий, словно кто-то описал мне вкус чая словами, а я пытался его вообразить.

Клетка.

Мысль пришла непрошеной, тихой и гадкой. Это тело — клетка. Тюрьма из плоти, в которой я заперт, когда не в Аватаре. Душная, тесная камера с ватными стенами и ватным потолком, где каждое ощущение — имитация, каждое движение — марионеточный дёрганый жест, а реальность доходит через столько фильтров, что остаётся одна бледная тень.

Я отогнал её. Сознательно, волевым усилием, как отгоняют назойливую муху. Это тело — моё. Единственное настоящее. Аватар — инструмент, продолжение, протез. Не наоборот. Стоит перевернуть эту логику — и я потеряю что-то, что потом не верну.