Ворота представляли собой массивную арку из светлого металла, встроенную в стену высотой метров двадцать. Над аркой пульсировал голубоватый купол — сканирующее поле, которое прощупывало каждого входящего. По бокам стояли двое стражников в легкой броне, с артефактами на поясах, но они даже не смотрели на нас — полагались на автоматику.

Харна прошла первой. Подошла к стойке считывателя, приложила свой жетон — тот самый, что я проверил еще в Дормаре. Секунда — и устройство пискнуло, загорелось зеленым. Стражники даже головы не повернули.

Парочка следом. Без проблем. Их жетоны тоже пискнули, засветились зеленым. Настала моя очередь.

Я подошел к стойке, достал жетон. На мгновение задержал дыхание. Подделка высшего качества, но все-таки подделка. Я приложил жетон к считывателю.

Секунда.

Устройство тихо гудело, переваривая информацию. Внутри него мелькали огоньки, сканируя энергетическую подпись, сверяя с базой.

Две.

Краем глаза я заметил, как стражники у входа переглянулись. Один, тот что постарше, нахмурился и положил руку на рукоять артефакта на поясе. Второй чуть сместился, перекрывая проход.

Три.

Система молчала. Я представил, как внутри сейчас крутятся алгоритмы, сопоставляя данные, ища несоответствия. Мой жетон был сделан на Изнанке лучшими мастерами теневого рынка, но техника высшей сферы могла быть совершеннее.

Еще две секунды.

Писк.

Зеленый.

Я выдохнул, стараясь не показывать облегчения. Убрал жетон, шагнул вперед.

— Проходите, — сказал стражник, но взгляд остался настороженным. Он проводил меня глазами, пока я не отошел на достаточное расстояние.

Я кивнул и шагнул вперед, уводя троицу за собой. Харна шла рядом, искоса поглядывая на меня, но молчала. Парочка семенила сзади, боясь отстать.

Внешний город встретил нас шумом и суетой.

Я остановился на мгновение, оглядываясь. Огромные здания уходили в небо — этажей по пятьдесят, не меньше. Стены из стекла и камня, артефакты освещения, которые еще горели, хотя уже было довольно светло.

Между домами сновали люди — кто-то спешил по делам, кто-то просто гулял, разглядывая витрины. Над головами, по монорельсам, проносились экспресс-поезда — длинные, блестящие, с мигающими огнями.

Двадцать миллионов человек — население внешнего города. Такую цифру я видел в архивах Изнанки, когда изучал Рукбу. И сейчас, стоя посреди этого муравейника, я понимал: пешком тут делать нечего. Без транспорта можно было неделю блуждать, пытаясь найти нужный адрес.

— За мной, — бросил я троице и направился к ближайшей станции монорельса.

Она находилась в двух кварталах — огромная платформа, нависающая над улицей. Мы поднялись по эскалатору, смешались с толпой.