— Телосложение не то. Вы что, нэ обратили внимание?.. Гимнасты, акробаты — народ мощный и нэбольшого роста, как правило. А этот — високий, худой. Рост порядка сто девяносто…

Слава наблюдательности доктора Минашвили! Я, честно говоря, только сейчас все это собрал воедино — а ведь на самом деле незнакомец был такой. Очень высокий и очень худощавый. И так лихо взмахнул ввысь! Нет, точно он легкоатлет и именно прыгун! Ну а при таких редких параметрах вычислить его будет нетрудно.

— Твоя правда, Георгий Победоносец, — я повернулся к медику. — Слушай, а вы за спортивными секциями надзор ведете?

Жора мгновенно ухватил мою мысль:

— Ты хочешь сказать, чтобы я прошелся по секциям под каким-то врачебным предлогом?

— Точно так! Возможно?

Носатое лицо эскулапа сделалось до смешного задумчивым.

— Все возможно в этом мире, — важно произнес он, соображая. — Ну, в принципе…

В принципе Минашвили нашел подход. Да, наша местная медицина курировала спортивные секции, которые, конечно, имелись. Ученые с удовольствием ходили на стадион и в бассейн, занимаясь там, понятное дело, чем-то вроде лечебной физкультуры, бега трусцой и тому подобными необременительными упражнениями. Но среди молодых были и те, кто спортом увлекался всерьез, были даже кандидаты в мастера спорта.

Так вот, план Георгия состоял в следующем. Завтра же пойти к главврачу и предложить заняться медицинской статистикой по секциям. Такая отчетность в поликлинике имелась. Вообще какой только бюрократии в советской медицине не было! Все это бумагомарание густо повисало на руководителях — и, разумеется, главврач будет рад, если молодой интерн по своей инициативе взвалит на себя один из муторных отчетных грузов.

— Пройдусь по секциям, — решил Георгий. — Ну, знаете: количество занимающихся, спортивные разряды, кто тренеры, как документация ведется… Думаю, нашего подозреваемого найти будет несложно. Все-таки слишком редкая фигура.

— Кстати, — смекнул Володька, — а вот так, навскидку: кто-то, может, сталкивался с похожим типом? По работе. Вспомним?

Стали вспоминать добросовестно и даже азартно, уже возвращаясь по домам, в густых сумерках. Но так и не вспомнили. Ярослав сказал неуверенно, что у них в лаборатории есть один инженер, как будто похожий… но он пониже ростом. Да и ни в какой атлетике, ни легкой, ни тяжелой замечен не был.

— Вряд ли, — заключил он.

И разговор перепорхнул на пустяки, стали подшучивать над Татаренко, который бодро обхаживал сразу нескольких девушек, включая Марину. Та наивно думала, что она одна такая роза расцвела для физика с княжеским именем… Ага, как же! Внезапно обнаружив, что у него есть еще кто-то, осатаневшая бухгалтерша устроила нашему Казанове такие вилы, что он теперь был весь в поту и в жару, не зная, как управиться со своими бабами. Впрочем, бодрился: