Профессионально заговаривать зубы, забалтывать простыми темами, не касаясь главного, Роза начала, как только дверь хлопнула за взъерошенным ею же само́й врачом. Ловко помогла Лизавете сесть на кровати, вынула из ридикюля одноразовые отельные тапочки и теплые носки с бумажной биркой.

— Привет из солнечной Сибири. Ничего приличнее найти не смогла, некогда было по магазинам бегать. Ты надевай, они неношеные. Я такими брезгую. Сейчас помогу, подожди секундочку, моя девочка.

Правда вместо того, чтобы само́й натягивать на босые Лизаветины ноги подарочки, высунула нос за дверь и кого-то поманила пальчиком.

— Иди сюда, мальчик. Будем твою репутацию восстанавливать, и тогда я никому не расскажу, как вы Encephalitis Lethargica от комы отличить не можете всей сменой. Нет, не ты принимал? Ну не стесняйся, заходи. Какой хороший, молчаливый врач тебе, Лизавета, попался. Просто золото, а не человек. Сейчас он нам поможет тебя одеть и вывезет к лифту.

Молодой дежурный врач косился на Розу Абрамовну с мистическим ужасом, казалось, он был готов не только тапочки на Лизавету надеть, но и станцевать в палате танец маленьких лебедей, лишь бы страшная старуха, что разом перечеркнула его карьеру одним звонком, наконец-то покинула здание.

— И-и-извините, — выдавил он через несколько минут, когда вся троица оказалась уже в лифте.

Двери открылись. В холле цепным псом вышагивал Вениамин, рядом с ним мялась бледная до синевы Ленка. Она первая кинулась к Лизе, не позволив молодому человеку даже вывезти инвалидную коляску.

— Ну будет здесь разводить карпов в пруду. Девочке нужен покой и положительные эмоции. Кто-нибудь догадался взять с собой плед?

Роза Абрамовна устало махнула рукой, передавая бразды правления племяннику. Уцепилась клещами в Ленкин локоть и потихоньку пошла за процессией на выход.

— А бумаги? — врач вынул из кармана эпикриз на одной страничке.

— Ага, чуть не забыла. Не было у вас никакой пациентки. Была ошибка, которую ко всеобщему удовольствию уже исправили. Рустемчик в теме, а вы, получается, ни в чем не виноваты. Вот и разойдемся как в море корабли, и больше не грубите бабушкам.

В машине боевая старушка почти мгновенно прикорнула, уткнувшись в Венино плечо как маленькая птичка. Только что командовала водителю, куда ехать, и уже спит, став сразу же беззащитной и безумно уставшей, вытянувшей всю операцию по спасению на своих плечах.

— Ты как? Лиз, я тебя люблю, ты за меня замуж может выйдешь, хватит уже крутить? Ну после случившегося, я как честный человек просто обязан на тебе жениться.