— Погодь, погодь. Ты че ж бешеный такой, как покусали тебя в той Москве. Давай по порядку. Гнать отдюдова тебя никто не гонит, у нас как с Дона — выдачи нет, значить. Живи, покуда не надоест. Чего случилось-то? Ты ж расскажи, а то уж мысли не пойми куды скачуть. На-ка цыгарку, давай с начала самого. Чего в первопрестольную рванул, как ужаленный? Вести из дому поди плохие пришли?
Старый партизан вытягивал из варяжского сокола в час по чайной ложке, но расколол таки гордеца. Ингвар сруб за козлика обещал, от клуба своего, турбазы. А сам-то не владелец, а считай только номинально лидер. Патлами потрясти перед туристами, народ завести или на драккаре покатать. Вот и получилось, как до дела дошло — остальные ребята его порыв не поняли и не прониклись такой щедростью. Одно дело — привез зверушку на радость публике, а другое — общинный сруб отдавать непонятно кому. Скидывались всей командой на бревна, да и крысятничеством попахивает из общака. Короче, дали нашему варягу от ворот поворот. За драккар, куда он вкладывался, денег пообещали, а вот от базы отказали, да и семью куда везти — непонятно.
— Эвона как у тебя жизня-то развернулась. Ну, как говорится, что ни делается — все к лучшему. Козла нашего никому другому ужо не отдашь, прикипел к тебе рогатый. А семью, значить, перевози сюды. Будем деревню нашу заселять. Это ежели ты опять до моря северного бежать не захочешь. Тута водохранилищь куда не плюнь — хошь лодку строй, хошь корабь.
— Слово я свое не сдержал. Лесом клялся. Я ж за этот драккар столько раз во сне умирал, своих братьев хоронил, а тут не годен оказался. Бревна пожалели. Не докажешь ничего, я ж думал, мы семья, а они…. эээх.
— Семья, дурилка ты картонная, от тебя никуда не делася. Жинка от тебя поди не отказалась? Детки-то есть?
— Двое.
— Вот и славно. А сруб, чего с ним будет-то. Деревья в лесу не перевелись — нарубим. Вот и слово сдержишь, как сговаривались. Лизка не за ради выгоды детев Милкиных так за дорого отдавала, а с проверкою. Сам поди догадался, что не простые енто животные — понимать надо. Цена — это что готов был от сердца оторвать. Ну ежели разобралися, то я спать пойду. Тебе в сарае-то постелить али на лавке в сенях? Утро вечера мудренее, не дергай по темноте девку мою и так умучилась за день. Завтрева и расскажешь все. А сам подумай, чего я тебе сказал — места у нас красивые, да и школа в поселке есть. Будет куда определить значить.
Глава двадцать четвертая Сон про знакомство с родителями
Если бы Василь Акимович был чуть более любопытен, то за тонкой фанерной дверью он без труда бы различил, что помирившиеся было, Лизавета с женихом совсем не тем занимаются, чем он там себе нафантазировал. Это ничего, что на кровати в обнимку сидят и тянет их друг к другу, как магниты на уроке физики.