— Ты брось так шутковать, — дед, несмотря на мрачное Лизино настроение, сегодня балагурил за троих, — эдак они всю деревню бомбами закидают. Одна она у нас такая окрест. Другой и не надо. говоришь всех позвала, а меня значит забыла. Ну ужо задам рогатой.
В любой другой день Лизавета бы сама посмеялась над дедовыми шутками, да и порадовалась бы, что Милка такая самостоятельная, но не сегодня.
— Ты чего, внучка смурная? Случилось чего? На Веньку чтоль обиделась? Так это он не подумавши натворил. Будет у тебя муж непьющий совсем, коли выжил. Опосля такого даже пивка не захочешь. Он меня от тюрьмы спасать взялся, олух. Не злись не него, прости Бога ради.
— Нет, не из-за него. Он вообще не причем. Взрослый человек, сам себе хозяин.Пусть делает что хочет.
Рассказывать деду, что своими руками хоронил бабушку о ее уходе не поворачивался язык. Это для Лизаветы баба Мила была жива, а вот Акимыч уже давно подругу оплакал. Куда старое ворошить. Лиза незаметно покачала головой для Василисы, чтоб даже не думала влезать. Понятливая напарница только глаза в кружку опустила. Замечательную помощницу себе Ленка нашла. Сама Елена Прекрасная обещалась прискакать завтра на денек. В дело вступала женская лига детективов. Без Ленкиных связей было не обойтись. Ей Лиза тоже решила довериться, несмотря на прошлые залеты.
Глава двадцатая Лизавете везет как утопленнику
С какой ноги утро начинается, на ту и весь день спотыкаться будешь. Не успели кофе попить, как Васька стала торопить Лизу из дома сбежать. Иван уже давно машину грел — работу на ферме никто не отменял. Выходной там или праздник, дела сами себя не сделают.
— Поехали. Развеешься немножко, воздухом подышишь свежим. Там Ванятке на полчаса всей работы, а мы потом тебя обратно завезем, — болтала, не переставая на публику, Василиса, делала круглые глаза, кивая в сторону двери за плечом деда.
— Да, да. Поеду, развеюсь, а то я ни разу на ферме не была. Воздухом подышу.
— Свежим, — поддакнул Акимыч, — там свежака-то хватает на ферме. Свежей некуда. Езжайте, глядишь, и прояснится опосля в голове. Мозги с непривычки от такого воздуха быстро прочистятся.
Шутка не нашла отклика у спешащих сбежать из дома девчонок, но Акимыч дальше развивать не стал. Махнул рукой, мол, сам справлюсь и отпустил растрепанную Лизавету с подругой. Сам же, выглянув из двери, что укатила фермерская нива от калитки, бочком просочился на улицу и постучал в автодом. У него сегодня свой интерес имелся и разговор не для каждого любопытного уха.
На ферме, действительно царил запах «а-ля натурель». Лизавета даже задохнулась сперва. Это вам не маленькая козочка на соломенной подстилке. Бетонный ангар был почти пуст, рогатых жительниц отправили на пастбище, но где прошло стадо, было видно невооруженным взглядом. Иван достал из багажника резиновые сапоги, переобулся и убежал по своим архиважным делам, а дамы так и остались сидеть в машине. Лиза было дернулась следом, но тряпичные кеды забег по заминированному двору проигрывали сразу и бесповоротно. Оставалось грызть ноготь, ерзая на заднем сидении, и выдвигать все более безумные версии, кто мог безнаказанно проникнуть в спальню и причем здесь сектанты.