За столом пахло рисом, рыбой и овощами. Обычный домашний запах. Такой простой, что от него становилось странно тепло внутри.

Айко поставила передо мной миску и внимательно посмотрела.

— Рю, как у тебя дела?

— Хорошо, мам.

— Ты каждый день выходишь во двор, бегаешь, делаешь упражнения… не рано ли?

Я взял палочки, на секунду задумался и улыбнулся.

— Я просто хочу быть в форме.

Айко прищурилась.

— В форме?

Вот чёрт.

Иногда забываю, что говорю слишком по-взрослому.

— Чтобы быть здоровым, — быстро поправился я.

Она посмотрела на меня ещё несколько секунд, потом мягко улыбнулась.

— Ну, если так… ладно. Только не переусердствуй.

— Хорошо.

Шинген, сидевший рядом, отложил чашку.

— Рю.

Я выпрямился.

— Да, пап?

— Через полгода я начну тренировать тебя официально. Сперва — Сюрюкен-дзюцу. Метание, стойка, координация, работа с дистанцией. Потом — базовое тайдзюцу.

Я кивнул.

— Хорошо, пап.

Он смотрел серьёзно. Не с восторгом. Не как на «гения». В его взгляде не было желания похвастаться мной перед кланом.

Только желание научить меня выжить.

И это было куда важнее.

Я опустил глаза в тарелку.

Осознанные шаги.

Маленькое тело. Большие планы.

И слишком жестокий мир, чтобы позволить себе ошибаться.

Территория клана Учиха

Рёта Учиха был стар.

Не просто стар телом. Стар памятью.

Он помнил времена, о которых молодые говорили как о легендах. Помнил Мадару не как имя из учебников, а как живого человека. Помнил, каким был клан до того, как деревня начала смотреть на красные глаза не с уважением, а с осторожным страхом.

Он видел, как идеалы умирают раньше людей.

Видел, как Коноха, созданная ради мира, постепенно учится бояться собственных защитников.

Сейчас Рёта хотел покоя.

Не власти. Не споров. Не собраний, где каждый вопрос пахнет будущей бедой.

Через два года он передаст пост главы Фугаку. Молодому, сильному, дисциплинированному. У Фугаку был холодный ум, твёрдая воля и достаточно авторитета, чтобы удержать клан от глупостей. По крайней мере, Рёта надеялся на это.

Он обвёл взглядом зал.

Старейшины сидели на своих местах. Кто-то молчал, кто-то переговаривался вполголоса. В воздухе висела усталость. Не физическая — политическая. Такая усталость появляется, когда люди годами пытаются доказывать, что они не враги собственному дому.

— Итак, — начал Рёта ровным голосом. — Начинаем ежемесячное собрание.

Разговоры стихли.

— Сразу к главному. Через два года я покину пост главы клана. Если ничего не изменится, передам его Фугаку.

Он посмотрел по сторонам.

— Возражения?

Тишина.

— Прекрасно.

Фугаку поднялся.

— Рёта-сама.

— В течение этих двух лет ты будешь участвовать во всех делах клана. Миссии, финансы, переговоры, внутренние споры. Управление кланом — это не только сила и имя.