— Отец, — прервал молчание мальчик. — А во сколько лет обычно начинают учить техники?

— Лет с четырёх-пяти. Когда тело немного окрепнет. Каналы чакры у детей нестабильны, ранние нагрузки могут их сжечь.

— А если ребёнок уже сам может направлять чакру?

— Тогда ему нужен наставник, который будет бить его по рукам, пока тот себя не покалечил, — отрезал Шинген.

Рю понимающе кивнул. Шинген сжал кулаки за спиной. Он всё чаще ловил себя на том, что разговаривает с собственным сыном как с равным, как с опытным шиноби. Это было удобно, но оттого лишь более жутко. Мальчик шёл рядом, с прямой спиной, цепко сканируя взглядом улицы, патрули, крыши.

«Гений», — думал Шинген. Обычно это слово произносили с гордостью. Но сейчас оно звучало как предупреждение.

Дома

В доме пахло варёным рисом, овощами и жареным мясом. Айко стояла у плиты, закатав рукава лёгкого кимоно. У очага мирно потрескивали угли, а вечерний свет ложился на татами длинными мягкими полосами.

Рю сидел на полу, лениво перекатывая в руках деревянную головоломку. Он делал это исключительно для вида — Шинген видел, что пальцы ребёнка двигаются механически, а сам он внимательно вслушивается в звуки дома.

Айко поставила перед мужем миску и мягко улыбнулась.

— Снова задержались. Рю не сильно устал?

— Твой сын считает, что усталость — это миф для слабаков, — хмыкнул Шинген, принимаясь за еду.

Айко потрепала Рю по голове.

— Опять победил всех деревянных ниндзя на полигоне?

— Мы просто тренировались, мам, — Рю отложил игрушку.

— Для двух лет твоё «просто тренировался» звучит как угроза, — рассмеялась она. — Но я горжусь тобой.

За ужином разговор плавно перешёл на клановые новости.

— У Хэ сегодня родился сын, — между делом упомянул Шинген.

— Правда? — оживилась Айко. — И как назвали?

— Шисуи. Хэ весь день светится от гордости, будто собирается лично оповестить каждого жителя Конохи.

— Пусть радуется. Плач младенца в доме — это к счастью. Завтра же соберу им корзину с подарками.

Рука Рю на мгновение замерла. Внутри всё похолодело.

Шисуи родился. Значит, я старше его на два года.

В голове моментально выстроилась хронология. Шисуи Учиха. Будущий мастер телепортации. Владелец Котоамацуками. Лучший друг Итачи. Один из самых опасных и, пожалуй, самых наивных людей этого проклятого клана. Парень, которого эта гнилая система сожрёт только потому, что он поверит, будто взрослые способны решить всё миром.

Значит, до рождения Итачи ещё есть время. До резни — годы. Много времени для обычного ребёнка, но ничтожно мало для того, кто знает, как быстро эта деревня привыкла превращать целые семьи в «досадную проблему».