Тут же на меня вышли другие.

И тогда я включил «классику».

Из глаз вылетел луч энергии. Лазеры из глаз! Светлые, режущие все на пути как скальпель. Они плавили и разрезали монстров — быстро, чисто, беспощадно. Кто-то падал уже несколькими кусками. Кто-то превращался в дымящийся провал на мостовой.

Я вдохнул — и выдохнул холодом.

Холодное дыхание ударило по стае крылатых уродцев: крылья сковало льдом, тела обросли инеем, и они посыпались вниз, как чёрные камни.

А потом — самое «незаметное», но самое важное.

Я посмотрел сквозь завал. Бетон, арматура и даже пыль — все было для меня не более чем пустотой, которая не могла остановить мое зрение. И увидел девочку без сознания под плитой — маленькое тело, едва живое, зажатое так, что обычный спасатель не успел бы.

Я рванул туда, поднял плиту так, словно это крышка от коробки, вытащил её и вынес на улицу — туда, где медики ещё держались.

Камера поймала и это. Конечно поймала. Собственно, все эти «операторы» и «репортеры» работали исключительно из-за моего желания. Я сам внушил им снимать. А монстрам внушил на них не нападать.

И это наверняка сработает. Потому что людям нужно не только — «он такой сильный, запульнул монстра в космос». Им нужно еще и — «какой классный, он спас ребенка».

И тут Вирус не выдержал.

[У тебя нет никакой оригинальности.]

«Что?»

[Копировать силы «Супер-Мужика» — слишком скучно. Лазеры из глаз, ледяное дыхание, прочность, полёты… Ты серьёзно? Я ожидал большего.]

Я почувствовал, как внутри меня щёлкнуло.

Он что, только что оскорбил мою креативную сторону? Мою — того кто столько лет выживал исключительно благодаря находчивости и нестандартному мышлению?

— Это… классика, — процедил я.

[Это банальщина.]

Оскорбление. Чистое, как хирургический разрез моими же лазерами, оскорбление.

Я сжал зубы.

— Ладно. Хочешь оригинальности? Будет тебе оригинальность!

Взмахом руки я разорвал пространство вокруг себя. Открылись десятки порталов — ровные круги, будто кто-то вырезал дыры в реальности. Из каждого — вылетел луч энергии. Одновременно десятки лучей выстрелили во все стороны.

Монстры даже не успели понять, что умерли: их прошивало, прожигало, пробивало насквозь — быстро, точно, без промаха.

[Таких приемов тоже миллион можно найти.]

А Вирусу все было мало.

«Я только начал!»

Я ударил кулаком по воздуху. И удар не был ударом. Он стал вибрацией. Волной, которая прошла по пространству — и разорвала его вместе с теми, кто оказался на пути. Монстры дрогнули… и разлетелись клочьями.

А потом — спасение.

В нескольких метрах огромная тварь придавила женщину и ребёнка. Лапа опускалась — медленно, уверенно, как пресс.