— Мы вроде бы с тобой одного размера, я принесла своё платье, оно новое. Ещё пижаму, нижнее бельё и тапочки, вот только, кажется, моя обувь тебе будет немного велика.
— Спасибо, большое не маленькое, — улыбнулась девушке, бегло осмотрев комнату. Просторная, светлая с красивой мебелью из тёмного дерева, огромной кроватью, расположенной изголовьем к стене. Диван, два кресла, чайный столик, камин, сложенный из серого с голубыми прожилками камня, и пушистый ковёр в центре комнаты.
— Я понимаю, что тебе сейчас очень хочется всё смыть с себя и отдохнуть после такого долгого и выматывающего пути, но я всё же спрошу, — проговорила Айрис, пристально на меня посмотрев, — ты действительно хочешь спать в одной постели с Кеннетом?
— Да, не беспокойся, этот парень забрался в моё сердце и теперь его оттуда клещами не вытянешь, только ему об этом не говори, — ответила, благодарно улыбнувшись за такую искреннюю заботу, — и ты права, хоть меня и разрывает от любопытства и не терпится услышать твою историю, в моей голове сейчас звенит от усталости и, боюсь, я ничего не пойму.
— Отдыхай, я немного задержу Кеннета, чтобы ты могла спокойно помыться. А поговорить мы и завтра сможем, поверь, мне тоже очень интересно, как ты очутилась в мире Скайдор.
Понежиться в чуть горячеватой с запахом лаванды воде я себе в этот раз не позволила. Отскребла с лица грим, тщательно промыла волосы и тело, укутавшись в тёплый халат, покинула ванную, застав у кровати разоблачающегося Кеннета.
— Татьяна, спасай, я не могу снять эту удавку, — пыхтел от усилия муж, пытаясь руками развязать туго стянутый корсет.
— Сейчас, — хихикнула, рванула на помощь к мужчине, проговорила, — Рей и Айрис и правда чудесные, я, конечно, не сомневалась, в том, что Ирина замечательная, но всё же очень рада познакомиться с твоими друзьями.
— С нашими, — поправил меня Кеннет, наконец вдохнув полной грудью, проговорил, — корсет — страшное орудие пыток.
— Согласна, — улыбнулась старой гейше, у которой к концу дня потёк глаз, и выглядел его высочество сейчас как грустный Пьеро из «Буратино».
— Ты смеёшься, — заметил невольно расползающуюся улыбку на моём лице муж, сдвинув нарисованные коромыслом брови, проговорил, — тебе очень идёт улыбка и мне сейчас очень трудно устоять, но ты такая чистенькая и, боюсь, мой поцелуй всю тебя измажет.
— Да уж, — отпрянула от мужа, махнув рукой в сторону ванной комнаты, проговорила, — иди туда и возвращайся ко мне Кеннетом.
— Кстати, ты мне расскажешь кто такая гейша, а то Рей, стоило ему на меня взглянуть, безостановочно ржёт, — замер мужчина на полпути к ванной, требовательно на меня посмотрев. Я же пребывала в глубокой задумчивости, рассказать ему сейчас, но прежде подобрать наикратчайший путь к отступлению, или всё же выждать. Но взглянув на нахмурившегося мужа, поняла, что от меня так просто не отвяжутся. И тяжело вздохнув, на всякий случай встав за диваном, заговорила: