Глава 20
Утром наскоро позавтракав, а точнее, выпив пустой чай, я и мистер Ичен отправились в ратушу добывать патент на изготовление ирисок. Идти было до центра города прилично, поэтому мы воспользовались почтовым дилижансом.
Выглядывая в окно, я с любопытством рассматривала прибрежный городок, который разительно отличался от тех, где я успела побывать. Небольшой с узкими улочками он растянулся вдоль моря, упираясь, с одной стороны, в горы, с другой — сливался с лесом. Чудесный милый Лурд, с невысокими домиками максимум в два этажа, тёмными переулками, где, прячась от констеблей, таились личности не самого дружелюбного вида. С небольшими магазинчиками и лавками, где гостеприимно были распахнуты двери, из которых зазывали криком продавцов и ароматами сдобы желанных покупателей, удивительным образом не опасаясь грабежа.
Приближаясь к центру города, улицы становились шире и чище, нищие и воришки исчезли, дамочки праздно разгуливали вдоль магазинов, которые уже выглядели побольше и поярче. Двери у них были закрыты, но на витрине красовались наряды, сумочки, шляпки и прочий товар, привлекая богатых покупателей.
— Ратуша на площади святой Луриды, там же у часовой мастерской, лавка с выпечкой моего старого друга, — проговорил мистер Ичен, прежде постучав по стене дилижанса, — сначала зайдём к нему, узнаем, возможно ириски у него есть, и мы зря сходим в ратушу.
— Хорошо, — отозвалась, с трудом удержавшись, чтобы не высунуть голову в окно и посмотреть, что там впереди. Рассматривать бесконечные однотипные домики мне порядком надоело. Местных жителей тоже, да и неприятный запах от мешка под сиденьем, становился с каждой минутой невыносим. Но, радует, мучиться от нетерпения пришлось недолго, ещё метров двести и почтовый дилижанс, наконец, остановился.
— Пройдём пешком, на площади запрещено передвигаться на каретах и двуколках, — сообщил мужчина, любезно распахивая дверь.
— Хм… мистер Ичен, там в мешке что-то сдохло и воняет.
— Это специальное удобрение для каких-то очень редких цветов, — тихонько рассмеялся мужчина, извиняюще улыбнулся, добавил, — забыл вытащить, Анна заказала привезти из Сугрени.
— Ясно, — кивнула, покосившись на мешок, с трудом представляя, что там могло так пахнуть и как от такого зловония не передохнут цветы, поинтересовалась, — значит, по площади нельзя ездить на каретах, а верхом?
— И верхом тоже, — ответил мистер Ичен, закрывая дверь, — прошлой осенью приказом его величества запретили. До Лурда дошли слухи, что кто-то проехал на двуколке по площади в Вистерии и пострадало много людей.