— Товарищ Дорадо, подождите снаружи, нам посекретничать надо.

Дождавшись, когда водитель отойдет на несколько шагов и закурит, Михаил с некоторой гордостью кивнул в его сторону:

— Коммунист. Представляешь, его начальник сбежал, а я подобрал!

— Тихо свистнул и ушел называется нашел, — захлопнул я дверцу и поднял стекло.

Минут двадцать я втолковывал Мише, насколько соединение двух зон важно для республики — на севере промышленность, там делают грузовики, танки, винтовки и пулеметы, но там плохо с продовольствием. Центр без севера не выстоит, даже если СССР решит послать оружие. А если соединить — отвалится Наварра, которой генералы по барабану, им короля подавай. И тогда можно будет душить мятежников по частям. Сперва Галисия, потом Андалусия, затем Эстремадура… Оружие у нас есть, настроение бодрое. Но очень плохо с грамотными офицерами, нужно десятка два командиров батальонов и минимум сотня ротных. И грамотный советник, у испанских офицеров такого авторитета пока нет.

— А как у вас вообще обстановка на севере? — проснулся в Кольцове журналист.

— Да как везде!

Разве что у нас баски-католики с капелланами в отрядах вместо комиссаров. А так астурийцы смотрят в одну сторону, кантабрийцы — в другую, анархисты — в третью, но пока нам удается держать весь зоопарк в узде. В конце концов, лебедь, рак и щука вполне могли дружно тянуть не воз с поклажей, а лодку.

— Да, без водки не разберешься.

— В таких случаях Клаузевиц и Александр Македонский рекомендовали коньяк, — я опустил стекло, показал Ларри два пальца и щелкнул себя по горлу.

От коньяка генеральный политический советник ожил и потащил меня в военное министерство, поскольку «есть там один человек, без него проблему с советниками не решить».

Со времен моих последних визитов министерство изменилось разительно. Никаких следов настороженного противостояния времен Асаньи или торжествующего высокомерия, как при Хиль-Роблесе — здание больше всего напоминало крупный железнодорожный вокзал, в котором сбилось расписание.

По министерству шарахались невообразимые здесь раньше люди: рабочие в синих комбинезонах и касках, женщины в платьях и с оружием, мальчишки-посыльные в пилотках. Депутаты Кортесов вымогали у военных оружие и солдат для своих избирательных округов, часами надоедая своим присутствием. Сновали десятки сверхсерьезных людей в черных кожанках, синих беретах и непременно с тяжелыми пистолетами Star B — каста партийных функционеров и комиссаров уже выработала дресс-код.

Кольцов на ходу перекинулся парой слов с несколькими из них и уверенно потащил меня в сторону кабинета министра, но за пол-коридора до него свернул в сторону и спустился на этаж по неприметной лестнице, Ларри едва за нами успевал.