Почему? Да потому, что мы — Орда! Орки! Мы — не рыцари печального образа, не святое войско, не воины света и не герои. Нам просто западло оставлять поле боя каким-то кровососам, не дождутся, сукипадлы! Обосрутся они отсюда нас выковыривать!
Тем более где-то там, на вершине Парашки, настоящие, а не помоечные герои — Петя Розен и его опричники — сейчас бодались с эльфийской вампиркой… А еще к нам наверняка торопилось подкрепление, потому что ротмистр Розен — не тот человек, который будет лгать и внушать ложные надежды.
И словно в ответ этим моим мыслям, за моей спиной раздался звонкий, мелодичный и, сука, чтоб меня, дико знакомый голос одного кудрявого эльфийского принца, который с великолепным пафосом прокричал:
— Laegrim! U-dano i faelas a hyn an uben tanatha le faelas!!! Irchi! Tangado haid!
Моих посредственных познаний в эльфийском хватило, чтобы понять, что там вопит Брегалад:«Лаэгрим! Не выказывайте им милосердия, потому что вы не получите его взамен! Орки! Замрите, стойте спокойно!» Конечно, как, мать его, добавить еще больше абсурда в схватку между вампирами и орками? К нам на помощь пришли эльфийские добровольцы…
Воздух наполнился густым, шелестящим пением сотен и сотен выпущенных стрел.
Глава 21 За зипунами
— В каком смысле — «в коконе»? — почесал затылок я. — То есть Вдовушка спеленала эльфийку?
— Именно! — Розен большим пальцем правой руки показал себе за спину. — Вон Талалихин и Грищенко ее тащат. Мы подставили мерзавку под жвалы паучихи, паучихе на вкус остроухая подружка не понравилась, ее аж перекособочило всю, но инстинкты есть инстинкты — замотала ее, повесила на дерево и скрылась в какую-то мрачную нору в горе, страдать. Эльдары в принципе — с магической начинкой, а тут еще и мрачные гены носферату — так себе закуска… Вдовушку можно понять.
— Погоди-ка… То есть Хладный Мост — стоит на месте? Пока Исилиэль эта не снимет заклятье — он будет стоять? — Я чесал башку уже обеими руками, меня просто распирало от чудовищности моего нового замысла, который рождался прямо тут, на этой просеке, среди крови, трупов и электрогрузовиков.
— Ну… Да! — кивнул Розен. — Но нам придется эвакуировать эльфийку и передать в консульство Авалона. Я думаю, когда Исилиэль покинет аномалию — мост саморазрушится.
— Петя, — сказал я самым проникновенным тоном, на который только был способен. — Ты ордынец или не ордынец?
— Ну… — замялся ротмистр, осознавая, что его возросшие благодаря моим татау способности как интуита, воина и командира, а также — бешеный запас маны — теперь требуют расплаты. — Ордынец, да!