— ЛОК-ТАР ОГАР!!!
Прошел только месяц, а мне уже начинало казаться, что кое-что, может, у нас и получится.
Мы шли на запад.
Глава 12 Сеанс массовой психотерапии
Бахар привел сибиряков, когда мы стояли огромным табором в какой-то балке недалеко от реки с эпичным названием Сарматская. Ну как «привел»? Мы воспользовались старыми подвязками на железной дороге, и пять эшелонов, состоящих из теплушек с орками и людьми, довезли дикую толпу сюда за несколько дней. Да, да, людей на удивление оказалось тоже довольно много: что-то около четверти из всех рекрутов. Всё-таки Орда стала узнаваемым брендом, а мои способности Резчика тайной больше не были. Так что перспектива заслужить кровью и потом нечто могущее если и не поставить вровень с магами, но — по крайней мере — дающее шанс держать голову высоко поднятой при общении с пустоцветами, привлекало в наши ряды амбициозных и отчаянных парней с сервитутских окраин и даже кое-кого из земщины.
Ну и деньги, конечно, тоже манили. Все знали: в Орде всё делится на всех, никто добычу не зажимает. Сколько добудем — столько и заработаем, никакой фиксированной ставки жалованья! На кой черт нам те, кто собирается получать зарплату? Нам нужны были те, кто готов добывать и зарабатывать!
О войне пока не говорили. Считалось, что нашу ЧВК наняло государство для зачисток Хтони на южных рубежах, пострадавших от прошлогодних столкновений с балканцами и от восстания упырей в Буковине. Об этом трепались по телеку и в Сети, именно это мы говорили всем встречным-поперечным. Орки идут отвешивать трындюлей чудовищам!
«Имела жаба гадюку!» — радостно потирали руки обыватели.
Итак, с новобранцами Бахара наша численность перевалила за пятнадцать тысяч, а еще к нам навстречу торопились колонны Щербатого, который собирал отряды с Поволжья…
— Если с поля боя бежит один — десятку смерть! — Двухголовый объяснял принцип ордынской децимации, тряс дредастой башкой и ходил меж рядов отрабатывающих удары алебардами бойцов, тыкая суковатой палкой в тех, кто чего-то там делал неправильно. — Если бежит десяток — сотне смерть! Бежит сотня — тысяче смерть! Бежит тысяча… А ну, ты, молокосос в желтой майке, скажи-ка, что будет, если побежит тысяча?
— Всей Орде — смерть! — выкрикнул урук-подросток со зверским лицом.
Майка-безрукавка кислотного цвета торчала из-под элементов урук-хайского национального костюма, пацан был жилистый и крепкий. Этот молодой был мне откуда-то знаком, совершенно точно. Но вспомнить обстоятельства нашей встречи мне никак не удавалось. Имя еще у него такое, легендарное… Не то Азог, не то Тралл, а может, и вовсе Аспарух… Что-то такого уровня.