Я бы и сам вряд ли ударил лучше. Такой удар даже быка свалил бы с ног. И бык не поднялся бы, скорее всего. Но я-то не бык. Я — Резчик, у которого после замечательных приключений маны через край! Меня боевыми магами не напугать… Меня вообще не напугать, в принципе. Как в самой популярной книге всех времен и народов написано? «Ударившему тебя по правой щеке обрати левую!» Я и обратю, то есть обращу… Выверну нафиг!

Молнию из задницы они в меня не пустят, не их специальность. Поджарить тоже не смогут, и по воздуху волочить не получится, как я понял. Зато бьют сильно, быстро и больно. Да? Ну и хрен с ним!

— Неба утреннего стяг! — прохрипел я, с хрустом вставляя челюсть на место и вставая на ноги.— В жизни важен первый шаг!!!

— Что за хрень ты несешь? — удивился Жан-Поль.

— Гляди-ка, он встал. Ты проспорил мне сотку. Теперь моя очередь! — Второй тип в кислотно-голубой рубашечке вышел вперед. — Гляди, как я уделаю этого свинорылого!

Он начал красиво. И опыт боев с уруками у него явно был, так что на кулачки мажор решил не полагаться, сразу постарался уделать меня ударом ногой с разворота. Быстро, резво, сильно! Аж воздух загудел и эфир волнами пошел от его удара. Проблема была в том, что мажор привык иметь дело с противниками, которые были гораздо менее скоростными и реактивными, чем он сам. Но…

Моей скорости восприятия и реакции вполне хватило. Я просто чуть присел и уклонился, и удар, который должен был прийтись подъемом стопы в скулу и шею, прилетел голенью в мою черепушку, крепкую, как железобетон.

— А-а-а-ауч! — Боевой маг ляпнулся на пол и ухватил себя за ногу в пароксизме боли.

Я не медлил: прыгнул на него сверху обеими ногами, прямо на грудную клетку, несколько раз подряд, прямо перед его ошарашенными дружками. Хрена с два они ожидали, что такое в принципе может случиться.

— Слышишь: реют над страною

Ветры яростных атак! — выплюнул я прямо в рожу Жан-Полю, которому понадобилось некоторое время, чтобы врубиться в ситуацию.

— Убью! — выкрикнул он и тут же кинулся на меня.

О, его ударная техника была великолепна! Он лупил крепко и разнообразно, Перепелка остался бы доволен! В ход шли кулаки, локти, колени, пятки, его серии были фееричны и неподражаемы! А моя оборона — примитивна и однообразна: жесткие блоки, нырки и уклоны. Он достал меня еще пару раз — по ребрам и в морду, попытался отбить ноги лоу-киками и свернул мне нос, кажется. И кровь текла у меня по подбородку, шее и груди. И мне было на это до лампочки.

— И вновь продолжается бой,

И сердцу тревожно в груди! — вопил я, прерываясь только для того, чтобы схватить еще один мощный панч по моим многострадальным орочьим щам.