При этом добивать своих жертв новообращенные не особенно любят. По сути это ведь обычные люди (иногда — эльфы или кхазады, почти никогда — орки). Их психология сродни образу мышления алкашей, этим болящим просто дико хочется выпить. Далеко не сразу и далеко не у всех происходит слом сознания, когда жажда перевешивает моральные принципы и рассудочность! Многие, кстати, пытаются вылечиться! Между прочим, лекарство магического свойства имеется, упыризм тут излечим, правда, терапия дороговато обходится, и на тех же Балканах найти грамотного специалиста очень непросто. Но тем не менее варианты есть. При этом соблазн стать матерым паразитом-кровососом и продлить за чужой счет свою жизнь, получить удовольствие и достичь могущества — весьма велик! Особенно для простолюдинов, которым никогда не светит стать магами или хотя бы пустоцветами. Поддавшись этому соблазну, новообращенный рано или поздно приходит к мысли, что оставлять живыми тех, кто знает о его пагубной страсти к отсасыванию, по меньшей мере небезопасно. Окружающие не слишком хорошо относятся к подобным извращениям, с чего бы это, да? Так что тех упырей, кто готов убивать, путь-дорожка обычно приводит или в гайдуки на службу к носферату, или — на осиновый кол. Или и то, и другое — по очереди. Хотя в последнее время вместо осиновых кольев для казни упырей в Государстве Российском используют асфальтоукладчики, а в Речи Посполитой — рубилки для щепы. Тоже неплохо работает.

В общем, проблема кровопотери на фронтах и в тылу войны, где кровососы встречаются чаще, чем полковые священники, стояла весьма остро. Но если у солдат в аптечке будет средство, ускоряющее выработку организмом крови, то при нормальном питании и отдыхе через три-четыре дня после массового насильного отсоса подразделение полностью восстановит боеспособность. Разве что моральный дух будет ниже плинтуса, потому как ладно если кровосос окажется девушкой или хотя бы женщиной элегантного вида… Но ведь такое бывает далеко не всегда: носферату, работая в тылах противника, часто обращают народ в упыриное состояние пачками, целыми деревнями, чтобы сразу сбить их в крупную стаю, которая могла бы представлять опасность для воинских соединений от роты и выше. То есть среди любителей пососать будет полно мужиков, дедок-бабок и прочих типов, специфический контакт с которыми явно может создать среди бойцов атмосферу весьма гнетущую…

— Фу, Бабай! Хватит уже про то, кто, как и кому сосет! — Коля Воронцов все никак не мог привыкнуть к нашей ордынской атмосфере, хотя путешествовал с нами уже третьи сутки. — Меня сейчас вырвет!