— В основном узницы концлагерей для разнообразных работ. Дальше, по списку, идет штат обслуги всех комплексов Базы-211. Список согласован и Гиммлером и комендантом Новой Швабии, бароном фон Риттеном.

— Продолжайте.

— Далее по списку зачислены надзирательницы женских бараков. Это я еще не считаю замороженных в саркофагах юных фройляйн. Ну, вы знаете — для зарождения новых поколений генетического фонда арийской нации. Следом к Базе-211 причислены женщины биологи, врачи, техники по теплицам и вольерам для животных. Повара, парикмахеры, помощницы в лабораториях — хотя, сказать по чести, на кой-черт они заброшены на край света? С такими обязанностями мог бы справляться и мужской контингент.

— Но вас занимает другое?

— Так точно.

— А именно?

Шмидт лукаво подмигнул:

— Меня занимает — хотя, видит бог, не мое это дело — что я перевез в Антарктиду и таких особ, которые там, в Новой Швабии, ну, совершенно ни к черту не нужны.

— Вы о ком?

— Супруга герр Кролля. Вы ее сами сопровождали в прошлом караване.

— Вы о Еве? Фрау Кролль?

— И о ней в том числе. Помимо всего женского контингента Базы-211, там, в подземельях Нового Берлина без всякого полезного толку живут две супруги — барона фон Риттена и его заместителя, полковника Штрауса.

Скорцени сразу вспомнил поступившую Гиммлеру шифровку, что полковник Штраус бесследно исчез во льдах вместе с Ханной Райч и водителем фюрера, Эрихом. Но пока промолчал, ожидая дальнейших откровений капитана подлодки.

— И вам не дает покоя присутствие этих женщин во льдах континента?

— Ну, скажем, не то, что покоя. Нет. Просто любопытно. Ханну Райч ведь я тоже перевозил с ее экспедицией.

О гибели легендарной летчицы Скорцени тоже пока умолчал.

— А теперь вот, всем известная режиссер и актриса, ваша соседка, Лени Рифеншталь. Не слишком ли много женщин? Вам не кажется?

Разговаривая, таким образом, они наметили план выгрузки запасов сокровищ. Пять субмарин утром ушли к побережью. Их ожидали подводные пирсы с ангарами. Шестая субмарина, она же последняя, осталась в пределах видимости пустынного скалистого острова. Впервые Скорцени, поднявшись ночью на верхнюю палубу, увидел в темном небе стремительно мелькнувшие круглые тени. Сверкнув на мгновение свастиками, вверх из воды взмыли два дисколета конструктора Шаубергера. Лени, стоящая рядом, схватившись за поручни, ахнула. Пришлось объяснить:

— Конвой охраны остался у Мадагаскара. А здесь охрану взяли на себя, м-мм… «летающие блюдца». Так мы их называем, если быть ближе к народу.

— Что эт-то? — запнулась она в потрясении.