Он немного помедлил.
— А когда вступишь в контакт с Александром, сразу скажи ему одну только фразу. Это на тот случай, чтобы моментально привлечь его внимание. Барокамера тебя выкинет где-то в темном месте между костров и караульных. Как подойдешь к своему лагерю, сразу, минуя Бориса с Алексеем, подходи к Саше. И говори фразу.
— Какую фразу? — спросил сквозь динамик пилот.
— Скажи так: «Я от Степана Сергеевича». И когда он изумленно округлит глаза, сразу добавь: «Ты Саша из двадцать первого времени. Барокамера нас поменяла местами. Я был в твоем Институте, и Степан Сергеевич отправил меня назад, сюда, в мое время. А тебе теперь можно возвращаться в свое. Там тебя ждут». Запомнил?
— Запомнил.
— Ну, а дальше, по обстоятельствам. Саркофаг барокамеры сам притянет Сашу к себе вектором модуляции. Автоматика сработает: ты останешься у костра с Борисом и Алексеем, а нашего Саню червоточина понесет сквозь тоннель Эйнштейна-Розена. Одним словом, червоточина заберет его в свой портал.
— Ясно, — вздохнул Игорь. — Ясно, что ни черта не ясно. Ладно, мне не впервой. Бывал и в Древнем Риме и в Ледниковом периоде. Общался с неандертальцами и даже с самой Екатериной Великой! Так что вашему Сане скажу все, что вы передали.
— Тогда, что? — смахнул вторично слезу добродушный Степан Сергеевич. — Тогда, вперед?
В глаза старшего лейтенанта ударил ослепительный свет. Рвануло давлением. Прижало к ложементам. Гравитация завертела саркофаг барокамеры — вектор настроился на сорок третий год, сентябрь-месяц. В эту дату Александр только прибыл на Курскую дугу, оказавшись в воронке под взрывами, откуда его вытащил Борька с Алексеем. Инженер двадцать первого века только делал первые шаги с наступающим советским фронтом. Он только ночевал первую ночь у костра, еще не зная, что виток альтернативной истории готов забросить его в стены Берлина, где он будет скрываться с Борькой от рук гестапо.
Вектор был настроен на год сорок третий. Но, как было уже упомянуто выше, автоматика послала барокамеру в год сорок пятый. Там сейчас и находился Александр, которого Игорь должен был заменить в своем времени.
Вспышка. Круговерть. Мигание сенсоров. Прокол пространства. Вихри магнитных бурь. Обрыв сознания. Пилот сорок третьего года провалился в пустоту. Ноль в квадрате. Его атомы понеслись сквозь червоточину времени.
Глава 9
1945 год. 12 января.
Оазис Ширмахера. Антарктида.
Гитлер остался доволен, что при гостях Ханна Райч не выказала своего знакомства ни с ним, ни с Евой. Ведь недаром он самолично когда-то вручал ей Железный крест из собственных рук.