— На джойстиках.
— Тьфу ты, слово какое-то иноземное. Не русское.
Майор с заднего сиденья обозревал через окно салона мелькавшие картины разрухи. Кварталы лежали в руинах. Улицы, перегороженные баррикадами, уже очищались от хлама местными жителями. Почти во всех окнах с карнизов свисали белые флаги. Гремели залпы орудий. Иные дома, давно брошенные жильцами, рушились стенами при взрыве снарядов. Столбы пыли и грязного снега, комья вывернутой земли, ошметки металла и брызги стекол — все смешалось в кромешном гуле наступающих войск. Две колонны танков въезжали в кварталы с разных сторон. Одна баррикада, за которой прятались немцы, все еще вела огонь из ручных минометов.
— Вот упертые, сволочи! — досадливо кивнул на баррикаду куратор проекта «Красная Заря». Машину на миг оторвало от земли, подбросило от близкого взрыва, потом как бы осторожно опустило на землю. — Берлин уже взят, а эти фанатики продолжают гибнуть как мухи.
— Интересно, — поделился Гранин, — они знают, что Гитлер покинул их нацию?
— Знали бы, не отбивались так отчаянно. Посмотри — там, в баррикадах, даже мальцы из гитлерюгенд команд.
Павел Данилович и сам уже видел, как немцы-подростки целились по танкам из фаустпатронов. Хлопок, выстрел: БА-ААМ! — и русский танк загорелся.
— Ах вы, щенки! — издал ярость начальник. — Вам еще за школьной партой сидеть…
— Оставь их, Илья Федорович, — устало отмахнулся майор. — Что возьмешь с фанатиков, если им со школьной скамьи вдалбливали в мозги о несокрушимости третьего рейха? Наши вот пионеры тоже свято верят в дело Ленина-Сталина. Так и эти мальцы верят в Гитлера.
— Наши пионеры гибли на фронтах за правое дело! А эта немецкая шваль защищает уже не народ, не свой город. Они защищают саму идею нацизма!
Майор Гранин хмыкнул. Начальника потянуло на философию. В этот момент машину особо сильно подбросило. Из боковой улицы выполз немецкий танк с характерным крестом на башне. Белый цвет и огромная масса с длинной пушкой означали, что в бой вступил «Тигр».
— Ох, ё-ёё… — пригнул голову Павел Данилович. — Начальник, давай в сторону!
Водитель крутанул баранку влево. Машину занесло. Одно колесо застряло в разломе асфальта. Пахнуло гарью холостых оборотов. Мотор натужно завыл. Кренясь набок, корпус машины, почти застрял в яме, но тут земля снова вздрогнула, расширяя трещину. Колесо бешено вращалось, водитель ошалело жал на газ, и корпус медленно подался вперед. За эти секунды Илья Федорович успел оценить обстановку.
Повернув дуло к востоку, металлический монстр, закованный в броню, издал оглушающий грохот. С соседних зданий посыпалась штукатурка. Земля под машиной, казалось, провалилась в Преисподнюю. Начальник схватил рацию: