Добравшись до дома, мы вошли внутрь и обнаружили Древомира у печки. Он стоял рядом с ростком дуба и протирал тряпочкой его листья.

— Вы чего делаете? — Спросил Петруха.

— Чаво, чаво. Не твоего ума дело. — Фыркнул Древомир и сел за стол сделав вид что ничем и не занимался в моё отсутствие.

Я сел напротив мастера, Петруха примостился рядом, и скамья жалобно скрипнула под его весом.

— И так, я собрал вас здесь чтобы объявить о том что мастерская переезжает. Мастер уже вкурсе, эта новость больше для тебя Петруха, — начал я без предисловий, потому что длинные вступления на планёрках только раздражают, а суть дела от них яснее не становится. — Выбора у нас нет, так как в мастерской Древомира мы продолжать не можем. Староста знает про слизней, стража меня ненавидит, а держать тварей в полусотне шагов от жилых домов и впрямь не самая разумная идея. Да, да мастер, вы мне это уже говорили. — Сказал я видя недовольную физиономию Древомира. — Одним словом нужна новая площадка, подальше от деревни и козлобородого.

Древомир молча кивнул, а вот Петруха нахмурился и заёрзал на скамье.

— И где ж мы её возьмём, площадку-то? — Петруха почесал затылок.

— В лесу. Неподалёку от священной рощи. Вчера я ходил туда и нашёл поляну, лучше которой для строительства не сыскать. Ровный грунт, ельник с севера закрывает от ветра, ручей под боком. И главное, — я выдержал паузу, чтобы следующие слова прозвучали весомо, — Леший дал добро на строительство.

— Л-леший? — голос Петрухи дал петуха, сорвавшись с баса на фальцет. — Ярый, ты рехнулся? Там же этот, трёхметровый, с зубами! Он людей жрёт как яблоки!

Весьма странное сравнение людей и яблок заставило меня улыбнуться.

— Никого он не жрёт. — Прировал я. — И вообще, я уже починил Лешего. Он даже дуб мне подарил из священной рощи. Вон. — Кивнул я в сторону ростка.

— Чего? — Петруха выпучил глаза. — Да ладно!

— Прохладно, — хмыкнул я. — Всё будет отлично, пока мы в священную рощу не лезем.

Петруха перевёл взгляд на Древомира, надеясь что тот вразумит меня, но поддержки не дождался.

— Дело говоришь. — Сказал мастер постучав пальцами по столу. — Здесь нам житья не будет. Микула точно не угомонится. Ещё и Кирьян через месяц вернётся за товаром которого у нас нет. Если мы к тому времени не наладим производство, можно смело вешать на мастерскую табличку «закрыто на веки вечные».

— Мастер! — Петруха жалобно посмотрел на старика. — Вы-то здравомыслящий человек! Скажите Ярому!

— Здравомыслящий, поэтому я и на стороне Ярого. Понял? Дубина. — Древомир ткнул пальцем в сторону Петрухи. — Ежели мастерскую не откроем, то за кой-чёрт ты будешь семью содержать? — Петруха не ответил. — То-то и оно! Раньше ты один жил, на шее деда висел можно сказать. А нынче тебе нужно и о себе и о Анфиске заботиться. А когда дети пойдут, что они есть будут? Опять таки, если дети в тебя пойдут, то ты ж их при всём желании не прокормишь!