Прошедшие месяцы для Асано стали настоящим кошмаром. Изломанное его тело сумели вынести и доставить к опытным врачам, которые, впрочем, смогли сделать немногое — среди них не было одаренного-целителя, а с точки зрения классической медицины Сатору получил множественные повреждения, совершенно несовместимые с жизнью даже и каждый по отдельности, а не все вместе.
Мощнейший таранный «удар в руке» тяжелым мотоциклом, разогнанным до скорости почти в сто пятьдесят километров в час, выполненный предателем Накагавой, пришелся точно по стоящему во главе атакующего энергоконуса командиру, а разряд Силы, вложенный беглым капитаном в этот момент, существенно повредил соединяющие ауру и тело связи.
Асано то приходил в себя, то впадал в черное, полное ужасов забытье, из которого рвался поскорее выбраться, собирая всю волю в кулак. В один из таких моментов он осознал себя лежащим на операционном столе. Увидел склонившегося над ним хирурга-целителя, лицо которого скрывала белая маска и, облегченно выдохнув, снова ушел в небытие.
За первой последовали и другие, весьма многочисленные операции. И постепенно жизнь стала налаживаться. Он заново научился ходить на собранных из кусков конечностях. Долго пришлось ездить в кресле-каталке, прыгать на костылях. Напоминанием о тех неделях теперь служила лишь изящная черного лака тросточка в его левой руке.
За все время лечения его ни разу ни о чем не спрашивали. Никуда не вызывали и не требовали отчетов. Никакого расследования, по крайней мере, известного ему, также не проводилось. Наконец, ему доставили приглашение прибыть в Токио. Большой дворец Фукиагэ, расположенный внутри отдельного района Тиёда, — резиденция императора Хирохито.
И потому сейчас, идя под сенью давно отцветшей сакуры, вдыхая смолистый аромат величественных черных сосен, он думал, что ожидает его впереди. Присущая многим одаренным интуиция, да и просто здравый смысл подсказывали, что его ждет важный разговор, а не наказание и смерть.
В приемной его встретил личный секретарь божественного тэнно. И проводил Асано в личный кабинет императора.
Хирохито, поблескивая круглыми стеклами очков в тончайшей золотой оправе, сидел за широким столом в цивильном темном костюме и в галстуке.
— Вижу, Асано-сан, врачи неплохо постарались, — бесстрастно посмотрел он на вошедшего.
— Да, мой император, — четко по-уставному ответил самурай.
— Готовы к службе?
— Всегда.
— Присаживайтесь, — разрешил микадо, указывая на свободный стул.
— Вы слишком добры…
— Делайте, что вам говорят, Асано-сан, — поморщился Хирохито, вынимая из внутреннего кармана защитный амулет и демонстративно отложив его в сторону. — Мне нужно знать из первых рук все детали произошедшего, а потому приказываю вам задействовать «сферу».