— А в краткосрочной?

— Сейчас они не хотят ввязываться в пустые драки, но откровенно нацелены на постепенный перехват управления британскими заморскими владениями. Они навязывают Лондону сделки о свободной торговле и официально высказываются и более того, настаивают, на всеобщем отказе от самого термина — колония. В этом смысле они — наш ситуативный союзник.

— И с кем же и, самое главное, против кого нам следует дружить?

— Если позволите мне высказать свое мнение, то нам следует брать пример с англичан. Нет ни постоянных союзников, ни соперников, а есть лишь постоянные интересы.

— А конкретнее?

— Сейчас нам нужно пройти между Сциллой Германии и Харибдой Франции, чтобы всем вместе покончить с гегемонией Англии. Но главное, чтобы плодами этой победы не воспользовалась третья сторона.

— Американцы?

— Именно.

— Что же, твоя позиция понятна…

— Есть еще один момент, ваше величество.

— О чем ты?

— Мы, к величайшему сожалению, не отделены от Европы ни Атлантическим океаном, ни хотя бы Ла-Маншем. Поэтому, если в Старом Свете полыхнет, мало никому не покажется. У нас нет права на ошибку…

— Что скажешь? — спросил у старого приятеля Александр, когда они остались одни.

— Все, как мы хотели, — пожал плечами Лопухин. — Этот юноша имеет самостоятельный взгляд на многие вещи и не признает авторитеты. И при всем при этом он очень силен.

— Не чрезмерно ли?

— Нет. Одаренных много, так что всегда могут найтись и посильнее. Главная его сила в ОЗК, а они сильны, пока за ними мощь государства. Убери в этой конструкции любую опору, как это едва не случилось совсем недавно, и она рухнет.

— Полагаешь, мы сможем его контролировать?

— А почему нет?

— Даже не знаю. Наверное, из-за его свадебного вояжа. Уж больно лихо он разворошил эти осиные гнезда по всему миру.

— Сейчас главное, чтобы в Европе все считали его вашим цепным псом и боялись, что вы его натравите на них. Насколько это соответствует действительности, не так уж важно…

— Надеюсь, ты прав…

— К тому же, — быстро добавил министр, — Колычев и сам прекрасно понимает риски, хоть и несколько их преувеличивает.

— Ты так думаешь?

— Ваше величество, мы, то есть Россия, давно уже не так слабы, как это было в конце прошлого века. У нас есть мощная армия и, самое главное, воздушный флот, способные выполнить любые поставленные перед ними задачи! Наша экономика сильна как никогда. Мы лидеры, как в технологическом, так и финансовом плане. Времена, когда иностранные банкиры могли манипулировать нами с помощью займов, давно закончились.

— То-то с нами все дружить захотели, — криво усмехнулся царь, но увлекшийся своей речью Лопухин, казалось, его не слышал.