— Любые, — слишком быстро ответил Эван. — Я готов лететь куда угодно. На острова. В горы. Под землю, если нужно. Дай работу, желательно срочную или опасную.

Старший брат медленно выдохнул. Ему явно хотелось выпустить пламя, но вместо этого приходилось собирать терпение. Потом он хлопнул ладонью по столу.

— Никаких дел, — объявил он серьёзно. — Всё. Хватит. Кончились дела в этом мире на целых три дня.

Он шагнул к младшему, его взгляд смягчился.

— Ты уже нашёл свою судьбу, Эван. Прекращай валять дурака и проведи наконец с леди Элирией-сан немного времени. Узнай её. Ты даже не представляешь, как я мечтаю, чтобы мой внутренний дракон хоть раз отозвался на кого-то. На кого угодно!

Катэль развёл руками.

— Молодая незамужняя лисица! Ты слышишь меня? Да я бы за такую судьбу богам поклонился! Конечно, Олс, может, и фыркнет, что она не чистокровная драконица, — с его-то совместимостью. Но лично я был бы рад даже человеческой женщине из чайного дома!

Он усмехнулся снова — уже грустно.

— Мне шестьсот восемьдесят два года, Эван. И я до сих пор не нашёл ни-ко-го. Вообще. Ни один шёпот судьбы, ни один отклик, ни одна ведьма мне не нагадала, где искать пару. Ничего. Я не понимаю, как ты можешь думать о государственных делах и играть в эти игры с иллюзией собственного Правого Крыла… когда Судьбасама постучала тебе в сердце. Почему ты делаешь всё что угодно, но пытаешься её избежать?

Эван с трудом удержал лицо.

«Легко тебе говорить», — пронеслось у него в голове.

Если бы старший брат знал, какой холодный душ судьба на него вылила… Потому что Элирия-сан, милая, вежливая, скромная Элирия — чётко дала понять, что осталась во дворце не ради него. А ради какого-то медноголового огненного клинка.

«А какое у тебя важное дело, ради которого ты отказалась от предложения князя?»

«Так Миран-сан же. А эльфийскому князю я сказала, что судьба моя здесь».

Этот разговор крутился в голове Эвана каждый вечер. Целую седмицу он порывался подойти к Элирии и пригласить куда-нибудь, но одёргивал себя, что если сердце девушки занято, то навязываться — ниже его драконьего достоинства. Нет ничего хуже навязанного присутствия, когда в мыслях человека уже живёт кто-то другой. Любовь — не птица, которую можно поймать силой, если она выбрала иной сад. Принцу оставалось лишь склонить голову и не мешать её полёту.

В тот момент, когда Эван собрался с духом и в образе своего Правого Крыла захотел проведать Элирию, он обнаружил, что девушка гуляла на свидании с тем самым медноволосым. Вежливо, спокойно, чуть склоняя голову, ловя солнце на белых рукавах. Молодой клинок рядом с ней что-то говорил, размахивал руками, а она слушала, глядя вдаль, как в собственные мысли.