— Яори, кажется, Миран никуда не понесёт пузырёк. Пойдём уже? — прошептала я на ухо дракону.

Конечно, истинное отношение Мирана к себе я уже разглядела, но это не означало, что мне приятно смотреть, как собачатся бывший жених и подруга, явно имея между собой что-то наподобие отношений. Не могу сказать, что счастливых, но это определённо отношения.

Однако Правое Крыло Дракона нахмурился и отрицательно мотнул головой. Очевидно, всё шло не так, как он задумывал, но тем не менее он невербально показывал, что хочет досмотреть разворачивающийся спектакль до финальной реплики.

Ханами же продолжала скандалить с Мираном, и чем дальше — тем ярче раскрывалась её истинная натура. Я вслушалась… и обомлела.

— … Скажи, ты трогала императорскую печать?

— Что, ту, которую нашли у этой блохастой? Фи! С чего это вдруг?

В её голосе сквозила брезгливость, которую она так виртуозно скрывала при мне в прошлой жизни.

— Ты не отвечаешь на вопрос.

— Я говорю, что эта паршивка ничуть не лучше меня! Вон, воришка, оказывается. Украла печать у самого правящего рода Аккрийских! С ума сошла, бедняжка…

— Ханами, ответь! — рявкнул огненный клинок.

Рык в его голосе был таким громким и тяжёлым, что даже с расстояния я услышала, как у девушки дрогнуло дыхание и навернулись слёзы.

Она всхлипнула, но уже через секунду вернулась к привычной язвительности:

— Ну вот опять ты заладил, «трогала» или нет! Да какая разница, если печать уже нашли в её комнате? Всё, пьеса завершена, казнят твою фаворитку, причём уже завтра — как только праздник Первого Дыхания закончится. Никто и разбираться не будет, виновна она или нет. Ты ошибся, сделав ставку на неё, а я, между прочим, тебя люби-и-ила!

А вот теперь я почувствовала, как слюна стала в горле колючим комком. Ханами рассуждала о моей казни так, как будто о том, чтобы прихлопнуть комара. Нет, я уже поняла, что заблуждалась на её счёт и она далеко не такая добрая и дружелюбная, как казалось в прошлой жизни, но я не представляла себе, что онанастолько меня ненавидит. А как ещё описать чувства человека, который желает тебе смерти?

Моя ладонь непроизвольно легла на шею, словно ощупывая, что голова пока ещё на месте.

— То есть ты признаешь, что это ты подложила ей печать в комнату⁈ — взревел Миран.

— Даже если и так, что с того?

— Что с того? Что с того⁈ — начал повышать голос огненный клинок, но тут словно очнулся, что они в беседке посреди сада и если он будет орать так и дальше, они точно привлекут ненужное внимание. — А с того, Ханами, — внезапно зашипел он, — что ты путаешь коммерцию и чувства! Я тебе никогда не признавался в любви…