Рорк и Векс сработали на совесть, хоть и передвигались каждый на одной ноге. Они вырезали и растянули часть шкуры червя. Материал оказался гладким и прочным, как бронеплита. Прицепив к ней страховочные тросы, получили не шедевр инженерной мысли, но вполне рабочую волокушу.

Мы двинулись. Зорина шла на пять шагов впереди, держа винтовку наготове. Пока никто не вылезал, но все понимали, что это временно. Мы с Торианом тащили четвёрку «лежачих» и останки Шершня. Лана помогала Технику и Калькулятору. По сути, волокла их на себе.

Вскоре мы добрались до границы с зоной ксорхов. Подошвы сапог мягко утонули в пульсирующей биомассе. Мы шли словно по густой грязи, но тянуть волокушу неожиданно стало легче. Шкура червя прекрасно скользила по живой ткани, не цепляясь и не вязла. Ксорхианец помогал нам тащить его же жертв. Ирония.

Дрон улетел вперёд и завис метров через триста. Замерли и мы, поражённые открывшейся картиной.

Впереди находилось огромное пустое многоуровневое пространство. Проходы были везде. Выше, ниже. Между ними тянулись пульсирующие магистрали. Не мосты, а артерии, сотканные из биомассы и хитина. В проходах метались шустрые тени червей-проходчиков. Они периодически высовывали зубастые пасти из дыр, выплёвывая в пустоту свою добычу. Кто два-три обмякших тела в броне, кто сразу целый свёрток защитников форпоста.

Те камнем падали на самое дно этой утробы, находящееся на шесть-семь уровней ниже нас. Кто-то из людей ещё судорожно дёргался, но недолго. Такими сразу занимались слетавшиеся изо всех щелей толпы ксорхианцев. Они набрасывались на свалившуюся добычу и заливали её едкой, быстро твердеющей слизью, превращая в страшные, бесформенные куколки. Точно так же консервировали и тех, кто не двигался, чтобы затем аккуратно, словно драгоценности, установить добычу вокруг центральной фигуры этого безумия.

Это был гигантский гриб-нарост, вросший в недра планеты. Его куполообразная верхушка ритмично вздымалась и опадала, испуская тусклое багровое сияние. А из-под него, словно стебель, уходило вглубь нечто неестественно правильное. Обломок металлической конструкции, пронзённый и поглощённый живой тканью. Словно ксорхи нашли какую-то древнюю техногенную сердцевину и вырастили на ней свою мерзость.

И тут в моей голове раздался звук, которого я от Эха никогда не слышал. Не голос, а низкий, полный первобытной ненависти рык.

«Пожиратель! — прошипел мой внутренний голос. —Падальщик, что пожирает таких, как я. Что пожирает саму нашу память. Что превращает наследие моего времени в питательную грязь для своего роя. Здесь нет Матки. Здесь нет Сердца. Пожиратели — это метастазы. Они возникают только там, где правит один из Мозгов».