Зал, куда меня ответил, был огромным. Даже не скажешь, что мы находились на орбитальной станции. Кто-то настолько заморочился, что добавил даже строгие колонны по периметру, словно мы находились в каком-то дворце, а не на орбите Гипериона-7. Пол был выложен тёмным камнем, отполированным до зеркального блеска. По стенам тянулись подсвеченные панели с гербами и символами, каждый из которых кричал о власти и могуществе.

А ещё здесь были люди. Много людей.

Отдельной группой стояли «Малыши». Семь сверкающих чистотой «Призраков-3». Броня была вычищена, отполирована, все вмятины выправлены. Выглядели они так, будто только вышли с завода. Увидев меня, Райн коротко кивнул. Единственная реакция, которую он себе позволил. Остальные даже не пошевелились. Стояли по стойке смирно, как истуканы.

Рядом с «Малышами» располагалась сборная выпускников тренировочных полигонов. Большинство символов были мне незнакомы, но наших, из «Кузницы», я сразу опознал. На Гиперион-7 отправлялось пятьдесят два человека с нашего полигона. Сейчас в толпе с символом «Кузницы» стояло двенадцать. Остальные остались на планете. Навсегда.

Дальше шли обладатели «Призраков-Х». Девять боевых костюмов высшего класса. Каждый стоил как небольшой фрегат. Вальтера я узнал сразу: перекрещённые молнии дома Кирон сверкали на его нагрудной пластине. Наши взгляды встретились, и аристократ кивнул. Никакого высокомерия или превосходства. Когда тебя тащат с перебитой спиной, начинаешь смотреть на жизнь с другой стороны.

Здесь же находилась четвёрка аристократов, которых мы вырвали из коконов пожирателя, остальные были мне незнакомы. Разве что я удивился присутствию среди них двух девушек. Одна в «Иксе» с символом дома Вейран, вторая — с гербом, которого я не узнал. Обе могли похвастаться той же выправкой, что и мужчины. Ничем не выделялись. Не помню их на планете.

И, наконец, защитники форпоста. Огромная толпа, включая четвёрку спасённых нами сержантов. Их «Призраки» всё ещё носили следы боя: вмятины, царапины, потёртости на броне. Ремонтировать не стали. Или не успели. А может, оставили специально — как свидетельство того, через что они прошли.

Возглавлял группу капитан Валк. Видеть его вживую мне ещё не доводилось, но узнал я его сразу. Выправка. Та самая военная осанка, которая сохраняется, даже когда ты стоишь неподвижно. Спина прямая, плечи расправлены, подбородок чуть приподнят. Именно таким я его и представлял, слушая командирский голос в эфире. Человек, который остаётся спокойным, даже когда вокруг рушится мир.