«Боги, ты просто идеален! — вскрикнула я. Как же с ним хорошо.— Но в этом доме сотни людей…»
Как я сумела связать больше двух слов, осталось загадкой для самой меня. Ксейден склонился над моей спиной, провел зубами по раковине уха.
«И я хочу, чтобы все они знали, что ты моя».
С этой логикой я не стала спорить. Я не могла. Не в тот момент, когда он вышел почти до конца, а потом бросил бедра вперед, выбивая из меня все мысли. Он нашел жесткий, глубокий ритм, превращая меня в чистейшее, горящее удовольствие.
Это мне и было нужно — чтобы он взял меня, наполнил, вдохнул в меня жизнь.
Его пальцы впились в мои бедра, притягивая навстречу каждому движению, и уже невозможно было двигаться самой, заставлять его ускорить ритм. Осталось лишь принять то, что он давал, полностью сдаться и просточувствовать .
Он заводил меня, сворачивал пружину давления внутри все туже и туже, мои крики заполняли спальню вместе с его стонами и шепотом любви.
Становилось все лучше, жарче, нежнее, пока вне этого ощущения между нами мира просто не осталось, не осталось жизни, кроме нас. Значение имело только его следующее движение.
—Ксейден . — Его имя на моих губах — мольба, напряжение скручивалось так туго, что граничило с болью, а во мне нарастала сила, раскаленная и неуправляемая.
Его рука скользнула вдоль моего живота к солнечному сплетению, затем он выпрямил меня так, что моя спина встретилась с его грудью. Я повернула голову, запустила пальцы в его волосы, и он подарил мне поцелуй, лишая дыхания, входя в меня снова, и снова, и снова, и движения становились все менее управляемыми.
Он был близок. Уже почти.
«Ты живая. — Его голос оплетал мой разум, а пальцы нырнули между моими бедрами и скользнули по клитору. —Живая, сильная и моя».
Боги, он знал, что мне нужно, без лишних слов. Мои бедра сомкнулись, потом задрожали. Это было слишком — и в то же время как надо.
«А ты — мой…»
Я задыхалась, пульс ускорился до предела, когда его ласка подвела меня к самому краю.
И я упала. Иразбилась вдребезги . Вспыхнул свет и тут же погас в остужающей тьме, и меня захлестывали волны блаженства одна за другой.
Ксейден обхватил меня обеими руками, прижимая как можно сильнее, дрожа, теряя контроль, скатываясь в собственное наслаждение-высвобождение.
Так мы и оставались, охватив друг друга во всех возможных смыслах, рвано дыша и возвращаясь к реальности.
Реальности, в которой меня точно было не назватьтихой . Мои щеки зарделись еще жарче.
— Хочешь, чтобы я спала здесь с тобой? — спросила я, когда снова обрела дар речи.
— Каждую ночь. — Ксейден нежно меня поцеловал.