Иван Павлович покорно тяжело вздохнул — понимал, что спорить с Аглаей бесполезно, тем более когда оказывается поддержка в лице Анны Львовны.

Однако за себя он не переживал — чувствовал, что все в порядке. Гораздо больше его тревожила бледность Аглаи, легкая отечность ее рук и та скрытая усталость в глазах, которую он, как врач, заметил сразу. Соглашаясь на осмотр, он преследовал и свою тайную цель — под благовидным предлогом изучить и ее состояние.

— Аглая Федоровна, да живой я, и вполне здоровый, — попытался он отшутиться.

— Молчите и слушайтесь меня, — отрезала она, уже готовя стетоскоп. — Здоровый? А эти синяки под глазами? А этот легкий кашель, который вы пытаетесь подавить? Это последствия переохлаждения, которые могут аукнуться воспалением легких в любой момент.

Она приложила холодный раструб к его груди.

— Дышите глубоко… Так… еще…

Иван Павлович дышал, покорный, но его взгляд скользил по ее лицу, отмечая малейшие детали. Он ловил момент, когда она наклонялась, чтобы лучше его послушать, и видел, как она на секунду зажмуривается, будто от легкого головокружения. Он заметил, как ее пальцы, проверяющие лимфоузлы на его шее, были прохладными и чуть влажными — признак возможных проблем с давлением или сосудами.

— Ну вот, — отложила стетоскоп Аглая, стараясь казаться строгой, но в глазах ее читалось облегчение. — Сердце бьется ровно, хрипов в легких нет, слава Богу. Но организм истощен, Иван Палыч. Сильнейшее физическое и нервное перенапряжение. Вам нужен покой, хорошее питание и никаких стрессов хотя бы пару недель.

— Это вам Анна Львовна посоветовала так сказать? Ну признайтесь!

— И я с ней полностью согласна! — не стала отрицать та. — Вам и в самом деле нужен покой!

— Ну какой покой в наше-то время? — горько усмехнулся он. — Сказки!

В этот момент дверь кабинета скрипнула, и на пороге появился Алексей Николаевич. Он был бодр и подтянут, но в его глазах читалась привычная уже настороженность.

— Ну что, Аглаюшка, как пациент? — спросил он, окидывая взглядом Ивана Павловича. — Дай угадаю — н ехочет лечится?

— Не хочет! — кивнула та.

— Ну а что ты хотела от Ивана Павловича? Он у нас такой.

— Алексей Николаевич, а вы по какому делу сюда? — прищурилась Аглая. — К Ивану Павловичу ведь пришли, так? Покоя ему не даете!

— Вот ведь! — рассмеялся Гробовский. — Женщину не проведешь! Верно говоришь, Аглая. К Ивану Павловичу я… Да не ругайся ты! Я ведь просто спросить. Пусть лечиться, я же не против. А то что он парой слов со мной перекинется это же здоровью его не помешает? Ну вот и хорошо! Иван Палыч, — он повернулся к другу, — я по поводу Хорунжего. Расскажи что знаешь о них. Каждый пустяк может быть важен.