— Андрей Петрович, скажу вам по секрету. Из Петербурга идут слухи о возможных реформах. Государь недоволен положением дел в провинциях. Коррупция, отставание от Европы, крестьянский вопрос — все это гнетет его. Возможно, будут серьезные перестановки, новые законы. Я буду держать вас в курсе всех важных изменений, которые могут коснуться ваших дел. Вы — мой союзник. И я не оставляю союзников в неведении.

Я кивнул, понимая всю важность этих слов.

— Благодарю, ваше превосходительство. Я тоже не оставляю союзников. И если понадобится помощь — моя или моих людей — вы можете рассчитывать на меня.

Мы обменялись крепким рукопожатием. Это был не просто жест вежливости. Это была печать союза, который выходил за рамки простой коммерческой сделки.

* * *

Весной, как только лед на Вишире почернел и вздулся, опоры моста уже стояли на своих местах — мощные, каменные, глубоко врезанные в скальное дно реки. Архип и его каменотесы работали всю зиму, долбили, подгоняли, ставили блоки один на другой с точностью часовщика. Мы успели. Когда вода пошла, она лишь облизывала основания быков, не в силах их сдвинуть.

К середине лета настил был готов. Толстые бревна лиственницы, пропитанные смолой, лежали на каменных опорах, образуя прочный мост шириной в три сажени. Я лично проверил каждое соединение, каждую балку. Архип ворчал, что я не доверяю, но работал с утроенным рвением.

Открытие моста стало событием. Приехал сам губернатор. Отец Пимен служил молебен. Крестьяне из окрестных деревень собрались толпой — человек триста, не меньше. Дети визжали, бегая по новому мосту, взрослые осторожно ступали, проверяя прочность, качая головами в изумлении.

— Каменный мост! — говорили они. — Как в столице!

Губернатор Есин стоял рядом со мной на середине моста, глядя на поток воды под ногами.

— Андрей Петрович, я признаюсь честно — сомневался. Думал, что весенний паводок снесет или повредит опоры. Но вы доказали, что я ошибался. Это великолепная работа. Этот мост простоит сто лет.

— Дай Бог, Петр Кириллович, — ответил я. — Я строил его не для себя. Для всех. Пусть служит.

И мост служил. Обозы пошли регулярно, без задержек. Крестьяне возили продукты, хлеб, скот. Торговцы из соседних уездов начали заезжать — дорога стала удобной, безопасной. Экономическая активность в регионе выросла заметно. А я брал свои две копейки с купеческих обозов, как и обещал. Немного, но честно. И никто не роптал — мост того стоил.

* * *

К концу года, когда первый снег укрыл тайгу и прииски, я сидел в своей конторе на «Лисьем хвосте», глядя на карту. На ней были отмечены мои владения: четыре прииска, дорога, мост через Виширу, пять восстановленных церквей, школа, лечебницы, разведанные месторождения руды и угля.