— На что, Мэй, похоже? — Рэн подошёл ближе, его голос прозвучал мягко, но в нём слышалось напряжение. Он ждал.
— На дорогу из сна… — прошептала я, вглядываясь в тёмные деревья. — Но я могу сказать точно, что никогда здесь не была. Ни разу в жизни. Я не знаю этого места. И всё же… оно так похоже…
— Может, это память прошлой жизни? — тихо сказал он. — Храму много лет. Очень много.
— Рэн…
— Пошли, — он взял меня за руку и повёл вверх по тропинке.
Я оборачивалась на каждом шагу. Смотрела на песок под ногами, на корни деревьев, что выступали из земли, на полевые цветы, что колыхались в лунном свете. Всё было точь-в-точь. Абсолютно. И такая тишина… Глубокая, звенящая, как в том самом сне. Ни птиц, ни ветра, ни шороха — только наши шаги и моё сердце, что колотилось где-то в горле.
А потом перед нами предстали тории. Красные. Древние. Уходящие вверх, одна за другой. Я ахнула и замерла на месте. Фигурки лис на каменных постаментах — замершие в прыжке, свернувшиеся калачиком, вытянувшие хвост струной. Их янтарные глаза, казалось, следили за мной.
— Пресвятая Инари… — выдохнула я. — Как во сне… Боже… как во сне…
Я как заворожённая шагнула вперёд. Протянула руку и коснулась ближайшей статуи — холодный камень под пальцами был гладким, как шёлк. Я провела пальцем по красной балке тории, и дерево отозвалось теплом. Оно было живым. Дышало. Чувствовало. Как во сне.
— Рэн… — прошептала я, не оборачиваясь. — Я сплю? Это всё ещё сон?
— Нет, Мэй, не спишь, — его голос донёсся откуда-то сзади.
Я прошла дальше по дорожке, минуя одну торию за другой и остановилась у последней, перед самим храмом. Деревянные стены, тёмные от времени, резные панели с лисами, каменные фонари, что горели живым огнём. Всё было точь-в-точь как в том сне. До мельчайшей детали. До трещинки на камне. До изгиба балки.
— Рэн… — позвала я.
Он не откликнулся. Я обернулась — его не было. Может, ещё в начале тропы? Я шла слишком быстро. Я тихонько шагнула дальше, на ступеньки к храму. Сердце колотилось как бешеное. За вазами, за каменными фонарями, за перилами что-то зашевелилось. Я замерла.
Духи. Десятки маленьких духов с лисьими ушами, с хвостами, с янтарными глазами. Они выходили из теней, выглядывали из-за колонн, спускались с балок. Смотрели на меня. А потом один из них, самый старый, с седой шёрсткой и потрёпанным фартуком, прошептал:
— Святая Инари… она вернулась…
И они начали кланяться. Все разом. Низко. Торжественно. Мурашки побежали по моей коже. Я прижала ладони к груди, пытаясь унять сердце. Боже. Боже.
— Стойте, стойте! — я выставила руку вперёд. — Вы путаете! Я не…