— Ты долго, — сказал он, отталкиваясь от стены. — Я уже начал скучать.
— Я работала, между прочим. На тебя. Ты мой начальник.
— А ещё я твой парень и это важнее.
Он шагнул ко мне, сокращая расстояние до нуля. Его руки легли на мою талию — привычным, уже знакомым движением. Он притянул меня к себе и запах древесного парфюма окутал меня.
— Устала? — спросил он, заглядывая в глаза.
— Немного. День был долгим. И странным. Очень странным.
— У меня был приказ прекратить странности, — он улыбнулся. — Духи больше не будут мешать. По крайней мере, в офисе. Калеб получил выговор.
— Бедный Калеб, — я хихикнула. — Он просто хотел посмотреть.
— Он всегда хочет посмотреть, но сегодня вечером он будет сидеть дома и думать о своём поведении. Надеюсь…
Его руки скользнули выше по моей спине, прижимая меня ближе. Я положила ладони ему на грудь и подняла голову.
— Ты готова? — спросил он тихо.
— К храму?
— Ко всему.
— Готова, — сказала я, и это прозвучало как обещание.
Лифт пиликнул, двери открылись. Мы спустились вниз, вышли через стеклянные двери в прохладный весенний вечер. Его белый «Мерседес» уже ждал у входа. Он открыл передо мной дверцу, помог сесть, и через минуту мы уже выезжали из центра Киото.
За окнами мелькали вечерние улицы. Храмы, витрины, фонари, люди, спешащие домой. Постепенно город начал редеть. Дома становились ниже, а потом и вовсе исчезли, уступив место рисовым полям и тёмным силуэтам гор. Мы ехали молча, но молчание было уютным. Его правая рука лежала на руле, левая — на моём колене. Большой палец медленно выводил круги по ткани юбки.
За окнами совсем стемнело. Дорога вилась серпантином, уходя в горы. Фары выхватывали из темноты стволы криптомерий, каменные фонари, красные тории, что стояли прямо у обочины. Я смотрела на них и чувствовала, как внутри что-то отзывается.
— Мэй, — голос Рэна прозвучал тихо, почти шёпотом. — Ты не боишься?
— Чего? — я повернулась к нему.
— Ну… — он чуть улыбнулся, не отрывая взгляда от дороги. — Вдруг я лис и утащу тебя в горы?
Я хихикнула. Легко. Беззаботно.
— Рэн… — я покачала головой и накрыла его ладонь своей. — Не боюсь. Совсем.
Он повернулся ко мне. В свете приборной панели его глаза сияли янтарным огнём — совсем как у того мужчины из сна.
— Это хорошо, — сказал он и улыбнулся. — Потому что мы почти приехали.
Мы вышли из машины у подножия горы. Вокруг было темно — только луна освещала дорогу, что вела вверх. Песчаная тропинка, усыпанная хвоей, вилась между стволов старых криптомерий и исчезала в темноте. Я огляделась и замерла.
— О-о… так похоже…