Дамой в ландо была Софи Всеволожская, очень мало изменившаяся с момента нашей последней встречи. Я уже было и забыл, что она уехала в Швейцарию! А вот девочка…

Девочка! Оооо, чёрт…

Сам не заметив, как, я послал Аргамака галопом и лишь через несколько секунд осознал, что скачу сломя голову по узким аллеям Ирхель-парка, распугивая дам с корзинками для пикника и господ с тросточками, вальяжно фланирующих в этом любимом цюрихцами месте городского отдохновения. Выскочив на пересечение двух аллей, я отчаянно осадил коня, оглядываясь по сторонам; не без труда заметив вдали салатовое ландо, почти скрытое пышными платьями и амбреллами прогуливающихся дам, я в мгновение ока догнал экипаж, выехав наперерез, как точь-в-точь как полиция в моём родном мире останавливает излишне лихих водителей.

Завидев меня, внезапно выросшего на пути на громадном сером коне, немолодой возница в сильно напудренном парике и зеленой ливрее резко натянул поводья; Софи страшно побледнела.

— Maman, qui est-ce? Je crains! * –закричала девочка, пряча лицо в платье матери.

Несколько секунд мы смотрели друг на друга, не до конца веря своим глазам, как рассматривали бы восставшего из давно забытых могил призрака; затем Софи смутилась и опустила глаза. Возница, увидев, что я не собираюсь уступать дорогу, покраснел от гнева и поднял хлыст, злобно крича:

— Hé toi, écarte-toi! **

Я приготовился уже было принять неизбежный удар, подняв руку и натянув повод, чтобы Аргамак от неожиданной боли не выбросил меня из седла, но София, резко встав с сиденья, ухватила своего пожилого защитника за плечо.

Calme-toi, chérie. Ce monsieur ne sait tout simplement pas comment manier un cheval. Il va nous quitter maintenant! ***

Я все смотрел на нее, не отрывая взора. Она почти не изменилась; разве что чуть округлились черты лица. Элегантное и простое, фиолетового бархата платье с белоснежной газовой шалью чудесно оттеняло ее полностью раскрывшуюся красоту. На ней не было никаких украшений, кроме пары бриллиантовых сережек, и она явно не нуждалась в бриллиантах, чтобы выделиться из толпы.

— Ну здравствуй, любимая. — наконец произнёс я по-русски. — Как давно мы не виделись, правда?

Софи сидела в ландо, кусая губы и потупя взор. Мимо нас, болтая и смеясь, проходили любопытные горожане, но мы чувствовали себя совершенно уединённо: никто из них не смог бы понять ни слова из нашей беседы.

— Ты нашёл меня, — наконец произнесла она, глядя куда-то в сторону от меня. — Однажды это должно было случиться…

— Ты замужем?

Она бросила на меня острый взор; мне показалось, будто это под действием скрытой пружины отравленная иголка вырывалась из коварно подаренной шкатулки.