Желтое пламя с гудением рвануло вверх, на мгновение ярко осветив фигуру поджигателя. Патрульный ахнул. Бледное, перепачканное землей лицо, странный, остановившийся взгляд, знакомый профиль.

Патрульный уже видел его. Это был барон Дресс.

— Тревога! — истошно заорал патрульный во всю глотку, отскакивая от окна и колотя древком алебарды в подвешенный у лестницы сигнальный щит. — Поджог! Тревога!

Услышав крик, Дресс резко развернулся и, не проронив ни звука, бросился бежать прочь по улице, скрываясь в ночном мраке, показываясь немногим прохожим. Двигался барон как-то странно, тяжело и дергано, но при этом удивительно быстро, так что отправлять за ним погоню было уже поздно.

В коридорах управления тут же поднялась суета. Затопали тяжелые сапоги, сонная, но злая стража вывалилась на улицу. В ход пошли багры и ведра с песком из пожарных бочек. Благо, масло только-только занялось, и пламя не успело перекинуться на основную стену — потушили быстро, отделавшись лишь обгоревшим крыльцом да едкой вонью гари.

Патрульный, тяжело дыша, вытер закопченный лоб рукавом и сплюнул в дымящуюся лужу.

— Видел, кто эта паскуда? — спросил его подошедший начальник ночного патруля.

И патрульный, и еще пара зевак в один голос ответили, что это барон Дресс.

— Вот же… — покачал патрульный головой, глядя в темноту, где скрылся поджигатель. — А ведь он как раз в бегах числился.

Начальник караула мрачно пнул обгоревшие доски и поправил перевязь с мечом:

— Теперь этот баронишка точно пойдёт как опасный беглец.

* * *

Утро выдалось на удивление поздним. Я проснулся, когда солнце уже высоко стояло над горизонтом, вовсю припекая через окно. Быстро одевшись, я вышел во двор и потянулся, разминая затекшие после ночных приключений мышцы.

Пятачок уже скакал вовсю. Инфернальный вепрь, обежав меня по кругу, почесывал огромный бок о забор, сыто похрюкивая. Переварил, значит, вчерашних лесных мертвяков.

— Ну что, плуг мой, массонабор идет? — хмыкнул я, потрепав его по холке. Пятачок в ответ только довольно хрюкнул и попытался лизнуть меня огроменным черным языком. — Фу, отставить нежности. Иди лучше периметр патрулируй.

Кира уже была на ногах. Заметив меня, она вытерла руки о передник и лучезарно улыбнулась.

— Доброе утро, господин некромант, — с легкой иронией поприветствовала она. — А мы уже всё стадо подоили.

— Чего ж не разбудили? — я с укором покачал головой. — Я бы помог.

— Так ты поздно вернулся, Артур, — отмахнулась Кира. — Тебе надо было выспаться. Вот, кстати, твой гость заждался. Его Педро всю ночь сторожил, глаз не смыкал. Ну, метафорически выражаясь.