— Пешком уже не успеем, — весело ответил я.
Оставлять лодку посреди берега было жалко — сорок серебряных залога как-никак. Я одним рывком подтянул посудину глубже в камыши, накинул причальный конец на торчащую из воды корягу и затянул узел. Если повезет, рыбак получит свою лодку обратно. Если нет — ну, значит, у меня сегодня будет минус сорок серебра за экстренную эвакуацию.
— А как тогда, да? — задался вопросом Тагор.
— А вот так, — я уцепился за густую загривную шерсть волколака и одним рывком уселся на него.
Основная стая стремительно приближалась, ломая кусты.
Глава 10.1
Ферма Горда, Большое Луговье
Кира проснулась очень рано, когда за окном еще только-только занимался серый рассвет, бросая длинные тени на деревянный пол. Одной в доме почему-то не спалось, хотя кровать была теплой и мягкой. Девушка сидела перед небольшим зеркалом, медленно проводя деревянным гребнем по своим длинным светлым волосам, и ловила себя на странной, непривычной мысли. Обычно этот процесс приносил радость, позволяя собраться с силами перед рабочим днем, но не сейчас. Неужели ей не хватало того, как Артур смотрел, как она расчёсывается? С пониманием этого утренний ритуал казался каким-то неполным. Она слегка мотнула головой, отгоняя непрошеные мысли, быстро заплела косу и, накинув на плечи легкую шерстяную шаль, вышла во двор, тихо скрипнув дверью.
На ферме стояла звенящая предрассветная тишина, нарушаемая лишь глухими, размеренными звуками непрекращающейся работы. Доить коров было еще слишком рано, да и Сирень еще мирно спала в загоне, но хозяйство уже жило своей механической, пугающе эффективной жизнью.
Высоко в небе, выписывая идеальные, математически точные круги над периметром, парил Вуди. Костяной дятел, творение магии Артура, служил безотказной сетью разведки, не зная ни усталости, ни сна. Периодически птица камнем падала вниз, раскинув крылья в самый последний момент, и присаживалась на заостренную жердь частокола, сухо щелкая клювом. В такие моменты к нему тут же с утробным, полным надежды похрюкиванием подбегал Пятачок, перебирая короткими мощными лапами. Инфернальный вепрь замирал, предвкушающе глядя на дятла своими горящими глазками — не даст ли тот сигнал к атаке и веселой игре с незваными гостями? Но, не дав команды, Вуди снова взмывал в небо, а разочарованный Пятачок отбегал прочь, недовольно роя землю шипастым рылом. За всей этой суетой из-за сетки курятника крайне ревниво наблюдал Педро. Проснувшийся раньше всех петух топорщил пестрые перья, возмущенно клохтал и явно считал себя единственной главной птицей во дворе, не признавая каких-то там летающих скелетов.