— Это вообще не проблема, — подмигнул я бледному бригадиру. — Тогда чего стоим? Время — деньги, а в нашем случае ещё и новые постройки.

Архитекторы под руководством Госта тут же зашевелились, начали размечать траншеи колышками и веревками, попутно рассчитывая нужные объемы камня и раствора, общаясь между собой короткими гортанными звуками.

Камень сам себя не принесет. Я свистнул Пятачка и подкатил повозку, сказав:

— Сегодня ты не плуг и даже не сторожевой пес, а тяжеловоз.

Тот был только рад, издав утробный хрюк и нетерпеливо перебирая мощными копытами. Обычная конская упряжь с хомутом инфернальному вепрю, естественно, не подходила — он по анатомии ни разу не лошадь. Пришлось соорудить постромочную упряжь с грудным ремнем — самый старый и универсальный вариант. Толстый кожаный ремень плотно охватил широкую грудь Пятачка спереди, прошел под передними ногами, перекрестился на спине и потянулся к оглоблям повозки. Теперь кабан тянул телегу грудью и мощными плечами, а ремень равномерно распределял нагрузку. Подходит для любой анатомии — что бык, что кабан, что собака на санях. Пятачок мотнул клыкастой мордой, не чувствуя дискомфорта.

В телегу я закинул здоровяков Шестого и Седьмого, от чьего веса жалобно скрипнули рессоры. Следом подозвал троих обычных «Матерых» батраков и, не скупясь, влил в них по 30 морт. Сгустки энергии жадно впитались в плоть, мышцы батраков налились силой, мгновенно добив их до ранга «Мутантов». Туда же, в повозку, закинули батрака-строителя Бранко и охапку кайл с кувалдами.

— Но! Погнали! — крикнул я, запрыгивая на облучок и натягивая вожжи.

Мы помчались прямо в каменоломню Дресса, колеса с грохотом подпрыгивали на ночной дороге. Покойный барон всё еще торчал мне полсотни золотых, и трофеи в бою не считаются — что ж, заберу долг хорошим камнем, благо вывозить его теперь есть кому.

Сторожку мы объехали через лес, а саму каменоломню никто не охранял — ночью здесь бродить желающих не находилось. На месте работа закипела мгновенно, без перекуров и лишней суеты. Батраки с нечеловеческой силой кайлами отбивали известняк прямо на ближайшем выходе породы. Кувалды со звоном дробили бутовый камень на куски, высекая снопы искр во тьме. Я тоже стянул куртку, взял кайло и с наслаждением принялся рубить породу, разминая застоявшиеся мышцы и разгоняя кровь по жилам. Батраки под деловитым руководством Бранко откалывали пласты, затем свежеиспеченные мутанты прямо на месте грубо сортировали породу: крупняк на фундамент отдельно, средний камень отдельно, щебень в отдельную кучу. Всё это тут же летело в телегу, стремительно заполняя кузов.